Автор
Тугие бандажи и узкие ремни превращают ее в образ из старинных романов. Вокруг неторопливо шуршат платье и туфельки, а сердце колотится как стучат молоточки машинок на концертах ткачей. Вместо обычной двадцатипятилетней девушки перед зеркалом — фигура из книг Маргарет Митчелл, боящейся лишиться привилегий. Начало романтики оборвано как раз в середине, и каждый вздох становится напоминанием о том, что впереди еще много недоразумений и ошибок....
Не сиськи на метр вперед, а именно хорошая полная стоячая женская грудь. И с каждым шагом она соблазнительно колышется.
На это можно смотреть бесконечно.
Я бы хотел встретить старость и смерть, глядя на это.
Мой мозг, подстегиваемый двухмесячным отсутствием секса, активно включается в работу, потому что сегодня все это богатство должно быть в моих руках.
Практически силой заставляю себе поднять взгляд выше, встаю и, когда Алиса подходит, по-джентельменски отодвигаю стул, помогая ей сесть. Пользуясь возможностью, все же окунаю взгляд в декольте.
Сажусь напротив и замечаю, что Алиса с не меньшим интересом разглядывает меня.
Мы обмениваемся молчаливыми вопросительными взглядами.
И смеемся почти в унисон, потому что даже без слов понятно, что первое впечатление на твердую «пятерку с плюсом».
Глава седьмая: Март
Алиса не врала, когда говорила, что любит мясо.
Она даже не очень долго изучает меню: заказывает рибай, салат со свежими овощами, фокаччу с черным трюфелем и бокал сухого красного вина. И, хоть я выбрал другое, так соблазнительно наговаривает официанту заказ, что, когда очередь доходит до меня, я откладываю в сторону меню и уверенно говорю:
— Мне все то же самое.
Мне уже приходилось несколько раз ходить на свидания с сайтов знакомств.
И только раз это было в целом неплохо и продлилось на два месяца.
В остальном всегда случалась какая-то катастрофа.
Когда Алиса выбрала дорогой ресторан, я не удивился. Даже мысленно предупредил себя не удивляться и не разочаровываться «если что».
Но девочка-огонь каким-то образом умудряется заболтать меня до состояния «я готов съесть еще по одному стейку, лишь бы задержаться еще на час».
Она умная. Яркая. Сочная.
В очень многих вещах, конечно, потрясающе наивная идеалистка, но настоящая, без напускной «идеальности». Даже шутит по поводу небольшого тонкого шрама на левой щеке: говорит, что будет рассказывать внукам о своих пиратских похождениях.
