Автор
Тугие бандажи и узкие ремни превращают ее в образ из старинных романов. Вокруг неторопливо шуршат платье и туфельки, а сердце колотится как стучат молоточки машинок на концертах ткачей. Вместо обычной двадцатипятилетней девушки перед зеркалом — фигура из книг Маргарет Митчелл, боящейся лишиться привилегий. Начало романтики оборвано как раз в середине, и каждый вздох становится напоминанием о том, что впереди еще много недоразумений и ошибок....
В ней есть почти все, что мне нравится: красота, умение поддержать разговор, умение слушать и не перебивать, вставленные по делу шутки правильной остроты и пикантности, харизма.
И, само собой, роскошная грудь.
Если бы не одно огромное «но», которое, как неправильный соус, портит вкус всего блюда.
Я честное слово, пока вообще не представляю, что с ней делать.
То есть, я хочу с ней секс. Много разного секса.
Хочу, чтобы из ресторана мы поехали ко мне, и чтобы она не делала круглый глаза, почему я вместо того чтобы предложить ей чай с печеньем, вдруг стаскиваю с нее платье.
Но наше «потом» я не вижу вообще.
От десерта Алиса отказывается, говорит, что «в следующий раз» обязательно поведет меня туда, где сладости ест даже ее отец — как я понял, вполне себе успешный бизнесмен средней руки.
— Счастливчик-архитектор прошел фейсконтроль? — веселюсь я, пока мы идем к моей припаркованной машине.
Алиса загадочно улыбается.
Я распахиваю перед ней дверцу своей «Тойоты».
Но девочка не спешит садиться.
Поворачивается ко мне. Смотрит из-под полуопущенных ресниц.
Немного приоткрывает губы.
Если это не приглашение к поцелую, то я тогда даже не знаю, что."
"Наклоняюсь к ней, недолго думая, за бедро, подтягиваю к себе и, пробуя, накрываю ее губы своими.
Тонкая рука обвивает мою шею, ягодный от вина выдох мне в рот.
Прижимается ко мне грудью. Соски напрягаются под тонкой тканью платья.
Выдох, когда в ответ еще сильнее сжимаю ее бедро.
Это просто охренеть как хорошо.
Но, когда собираюсь разогнаться, чувствую, как вторая ладонь осторожно, но твердо, толкает меня в грудь.
Черт. Это потому, что у меня встал и она, конечно, не может это не чувствовать?
Отстраняюсь, жду, что сейчас она выдаст какую-то высокопарную хрень, хоть, в общем, инициатива-то была как раз ее.
Но Алиса только жмурится, проводит по влажным губам костяшкой указательного пальца и по-кошачьи мурлычет:
— Вот теперь счастливчик-архитектор прошел фейсконтроль.
Наверное, у меня очень «говорящее» выражении лица, потому что Алиса еле сдерживает улыбку.
Ну ладно, мелкая.
— Ты вообще в курсе, что таких, как ты, называют динамщицами? — Выразительно откашливаюсь в кулак и, дождавшись, пока она сядет в машину, захлопываю дверцу.
