Вечерний воздух клубился туманом между коврами, а в стенном окошке играло отдалённое солнце. Здесь царил покой — за исключением скрипящих под ногами старых паркетных полов и тревожного шёпота войн, хранимый секретом тайных заседаний. Теперь Ознобище готовился к важнейшему вызову: наследовать трон, защищённый лишь молчанием веков....
Бабкин внук приосанился:
– Кланяется ей Шамша твержанка Шумилична, большакова сестра.
Спасёныши
Улызгнув от праздной старухи, воронята поспешили вслед манящему голосу, но сразу настичь не удалось. Они замедлили шаг, стали оглядываться, вспомнили орудье.
После первой неудачи обоим стало казаться: не выйдет к ним тайный моранич. Отшумит торг, засобираются торгованы… и что делать тогда?
– Вперёд не выдавайся, назади не оставайся, – вспомнил Ирша дорожную мудрость.
Гойчин решительно тряхнул головой:
– А и отстанем.
– До самого Нетребкина острожка!
Справа повеяло знакомым духом – маслянистым и несъестным, Земляной дёготь! Воронята издали присмотрелись к молодому торговцу.
– Тот ли, что с кровнорождённым приезжал?
– Как есть тот. Улеш из Коряжина.
Ребята переглянулись. Страсть хотелось подойти: «Дяденька, ты Ворона помнишь?» – «Кого? А-а… Так вы тоже с воинского пути?»
– Не пойдём, – решил Ирша.
Где-то впереди людские голоса возвысились до слитного разгонного крика.
– Оботуров пустили! – сообразил Гойчин.
– У нас в Нетребкином… – начал Ирша. Пока раздумывал, сказать ли «страсть бодущие» или «отродясь не ведётся», ноги сами помчали вперёд, туда, где вновь закричал народ и отозвался громовый удар.
Просторный загон, отведённый для боя, окружала густая толпа. Позоряне лезли друг дружке на плечи, теснились – мышь не проскочит, но помеха ли тайным воинам толкотня? Ирша и Гойчин протекли сквозь давку, как два ручейка.
Вот разошлись…
Тяжело прянули, поскакали навстречу, с полутора аршин вздыбились, молотя копытами воздух…
Удар!
Лоб в лоб, костяными шлемами сросшихся оснований рогов!
Всей мощью разогнанных тел, толстых шей, горбатых загривков…
Силищи оказались равны.
Наконец упёрлись и замерли. Мощь против мощи! Который удаст, падёт на колени, побежит с поля?
Позоряне кричали, свистели, задорили.
