После двадцатилетнего разрыва с родителями, девочка воспитывается одной мамой. Восьмилетняя героиня ждет встречи со своим отцом на день рождения, но он исчезает из её жизни уже в семь лет. С годами она перестаёт верить в то, что его вернётся.
В каком отец настроении будет завтра. — Антон поднялся, услышав, что мать его с кухни зовёт, Тимур поднялся вслед за ним.
— Мам, я тоже чая хочу! — Обогнал в дверях Антона и первым сел за стол.
— А Артур где? — поинтересовался старший брат, и даже за плечо своё оглянулся.
— В сети сидит.
— А-а, — глубокомысленно протянул Антон, — это серьёзное дело.
Зоя Павловна улыбнулась, поторопилась поставить перед старшим сыном тарелку с горячим мясным блюдом. Антон невольно носом повёл, потом вилку взял.
— Он с девчонкой переписывается, — сдал брата Тимур.
Антон заинтересованно вздёрнул брови.
— Серьёзно? У него девчонка есть?
Тимур на чай подул, глянул исподлобья на брата.
— А чего ей не быть? И у меня есть.
Антон лишь головой качнул.
— Обалдеть. — На мать глянул, та лишь руками развела.
— А у тебя чего, девчонки в семнадцать не было? — Тимуру на самом деле было интересно. А Антон от этого вопроса в небольшой ступор впал, даже жевать перестал.
— А это в каком веке-то было?
— Антон! — воскликнула мать оскорблёно, и он рассмеялся.
"— Наверное, была, периодически. Но я удивился не поэтому. Вы просто так быстро выросли, я не заметил. — Он даже руку протянул и брата по вихрам потрепал. А сам неожиданно подзатыльник получил. Как оказалось, отчим неслышно вошёл на кухню и услышал обрывок их разговора, и, конечно, тут же сделал выводы и решил действовать. За что Антон и получил, за затылок схватился. — Пап!
— Ты вообще ничего не замечаешь, — громовым голосом оповестил его Алик Тимурович.
Тимур, уткнувшийся взглядом в свою чашку, после подзатыльника, что получил взрослый старший брат, не скрываясь, фыркнул. Антон ему кулак показал, а потом уже обратился к отцу.
— Как она уходила, я очень даже заметил, поверь.
— Тогда чего её здесь нет? Если заметил, надо было вернуть на место, немедленно.
Антон от возмущения даже вилку отложил и на стуле развернулся.
— Папа, это тебе с мамой повезло, а у меня жена упрямая.
Алик Тимурович скептическим взглядом старшенького посверлил, после чего сокрушённо качнул головой.
— Балбес.
Тимур снова хрюкнул, и в этот раз ему уже досталось от матери, Зоя Павловна на него шикнула, а после и из-за стола погнала, вручив чашку с чаем и пару конфет.
— Иди в комнату. Отец не с тобой говорит.
Антон же вздохнул в сторонку, снова взял вилку и принялся за ужин, стараясь не отвлекаться, на выразительные взгляды родителей.
