Автор
В этой эмоциональной истории о ранимой девушке Джози и ее страстном желании угодить отцу, читатель погружается в глубокий внутренний конфликт между личными мечтами и родительскими ожиданиями. Каждое слово наполнено натянутой атмосферой, где малейшее храпание может привлечь внимание отца, лишающего Джози дыхания в своем доме....
Как только теплая густая жидкость, смешавшись с лосьоном, обволокла ее пальцы, девушка почувствовала сокращение мышц лона, которые впервые за последние два дня не доставили ей боли. Это было одно незамутненное блаженство, на которое странным образом отзывалось сердце, а захватившие ее при этом чувства девушка больше не пыталась отрицать. Казалось, теперь вместо крови в венах бурлят воды неиссякаемого источника всепоглощающей любви, пенясь и играя, как откупоренное шампанское.
Джози повалилась на Даниэля, словно ее тянула к нему неведомая сила, не описанная ни в одном учебнике по физике.
Руки Даниэля прочно обхватили ее ягодицы, сжимая и массируя упругую плоть, а алчный рот терзал нежные губы. Толчки и дрожь, сотрясшие их тела были не слабее тех, что наступали после прошлых оргазмов, когда они занимались любовью обычным способом.
Джози потерлась щекой о влажную от пота мужскую грудь, и с ее губ сорвались слова, которые она, хотя и не планировала произносить, не могла дольше держать в себе:
— Я люблю тебя, Даниэль.
Тишина в ответ на признание не удивила девушку, равно как и не приуменьшила силы охвативших ее чувств.
В эту минуту Джози с сожалением осознала, что любовь необязательно должна быть взаимной, чтобы укорениться в сердце столь же основательно, как уходящие вглубь земли корни вековых дубов.
Глава 17
Джози стояла рядом с Даниэлем перед выходом из зоны контроля послеприлетного досмотра, и пыталась разглядеть отца среди пассажирского потока. С тех пор, как она призналась Даниэлю в любви, он хотя и отмалчивался, но не пытался отдалиться от нее, тем самым оставляя хоть какую-то надежду. Кроме того, Даниэль не отталкивал ее, давая понять, что не сводит испытываемые ими чувства всего лишь к обоюдной «навязчивой идее».
И, тем не менее, он никак не показывал, что разделяет ее чувства.
Джози не могла винить его в этом. Даниэль не раз говорил ей о том, что его чувства к ней основаны скорее на физическом влечении, а вовсе не на велениях сердца. Но, независимо от того, изменится ли в будущем его отношение к ней или нет, Джози не собиралась отказываться от Даниэля лишь из-за того, что он не давал ей никаких клятв или обещаний.
