В дыму и тени старого города, железному пламени мерцают тысячи огней. Мистик Жанны Французской и романтическая мечта героя-предательницы переплетаются в этом откровении страсти и предательства, где каждый шаг может быть последним.
– А она всегда рядом с ним, – съязвил Мельгрен.
Те виверны ждали, как и говорил темный колдун, и мое сердце замерло при мысли, кого они могли ждать.
– Мы не заберем Тэйрна и Сгаэль на защиту Долины, – объявил Ксейден, сложив руки на груди. – Там уже есть Первое и Второе крыло плюс все несвязанные драконы.
Справа у башни, ведущей на парапет, приземлились Сгаэль и Тэйрн, и мне оставалось только надеяться, что Андарна не пряталась где-то рядом, ведь я не смела опускать щиты, чтобы проверить. Впервые я стала той, кто хранит не просто секрет, а, возможно, главный из всех секретов.
– Ты – причина, по которой я не могу строить планы! – ярился на Ксейдена генерал Мельгрен. – Ты – причина, по которой я даже не предвидел этой битвы! – Он пытался смотреть на Ксейдена свысока, но был по меньшей мере на дюйм ниже.
– Можете не благодарить, что мы прилетели на помощь, – ответил Ксейден, заслужив в ответ язвительную усмешку.
– Долина – единственное, что имеет значение, – перебила мама, чуть сдвинувшись так, чтобы закрыть меня плечом от Мельгрена.
– Вы ее бросите, – тихо произнес Ксейден тем холодным, угрожающим тоном, который когда-то пугал меня до жути.
Судя по тому, как отступил Панчек, эффективность этого самого тона никуда не делась.
Зависло осуждающее молчание. Мой взгляд бегал от лица к лицу в поисках кого-то – кого угодно, – кто нас поддержит.
– Они могут в любой момент спустить их с поводка. – Мельгрен показал на висевшую в воздухе орду.
– Тогда почему не послать в Долину всех кадетов? – возразил Ксейден.
Мельгрен сузил маленькие глазки.
– Может, ты и возглавил революцию, Риорсон, но о победе на войне ты не знаешь ровным счетом ничего.
Хотя бы назвал это революцией, а не восстанием.
– Они для вас всего лишь диверсия. – Ксейден уронил руки. – Тактика, чтобы выиграть время. Они умрут, чтобы успели подготовиться в Долине.
У меня отвалилась челюсть.
– Так нельзя! – Я развернулась и встала перед мамой. – И не понадобится. Бреннан восстановил камень чар!
– Даже Бреннан не может восстановить магию, кадет Сорренгейл.
Ее взгляд не оставлял никакого пространства для маневра, никакого плацдарма для возражений.
– Нет, – признала я. – Но ему и не придется. Если камень восстановлен, его можно зарядить. Мы все еще можем поставить чары. И я знаю как.
