Жребий праведных грешниц — читать онлайн бесплатно полностью

Я с тобой абсолютно согласна. Милый, оставь меня. Дай Акулине денег, пусть отнесет акушерке. Меня все время тошнит.

Это был момент выбора, как в сказке: направо пойдешь, налево пойдешь… Причем ты точно знаешь, что справа ждет тебя постылость, а слева – свобода. Купленная ценой подлости свобода Александра не устраивала. Ребенок, которого Елена хотела убить, – его кровь.

– Если родишь, мы попробуем начать заново, – сказал он. – И прогони Акулину, пожалуйста. Видеть не могу физиономию этой прохиндейки.

Им решительно не везло с прислугой: если не воровка, то пьяница, если не лентяйка, то безрукая имбецилка, опрокидывающая самовар ему на колени. Александра Павловича бесило, что с утра у него не было завтрака, чистой сорочки, костюма и обуви. Ему еще и кухаркой с горничной руководить?

Появление в их семье Марфы, когда перебрались в Омск, стало подарком небес.

Музыкант, повторяющий раз за разом этюд, оттачивает исполнительское мастерство. В семейной жизни попытки заново выстроить совместное существование напоминают хождение по старым граблям.

Появление Настеньки нисколько не улучшило атмосферу в доме, только к негодной прислуге добавились еще няньки-идиотки.

Причиной их переезда в Омск, напоминавшего бегство, сломавшего карьеру Камышина, была Елена, вокруг которой вечно крутились «люди искусства». Ей не удавалось заполучить на свои вечера литераторов, художников и режиссеров первой величины, только всяческую шелупонь, певшую осанны Прекрасной Елене. Среди «людей искусства» было немало провокаторов и доносчиков. Чем беднее талант, тем подлее его носитель.

Старший брат, работавший в Ленсовете, приехал к Александру на завод и сказал, что в ОГПУ имеются сведения, будто в доме Александра зреет контрреволюционный заговор. Брат предупредил, отчасти поступившись принципами, только потому, что от их большого семейства остались всего трое, и потому, что и Александр, и его жена всегда были далеки от политики. Однако, попав под гусеницы пролетарского террора, будут наверняка раздавлены.

Александр с семьей спешно выехал в Омск – налаживать производство сельскохозяйственных машин. Новая работа была далека от его прежних профессиональных интересов, однако освоился он быстро.

Камышин был честолюбив, но не тщеславен. Сам по себе карьерный рост, восхождение по лестнице должностей его мало заботили. Его честолюбие отдавало провинциальностью – «я должен уважать себя сам, а меня должны уважать те люди, к которым я питаю аналогичные чувства».

Возможности Сибири потрясали, он их изучил по книгам и справочникам в пути и в первые месяцы на новом месте. Раньше об этом крае Александр не задумывался, как и не интересовался сельскохозяйственной техникой.