Злодейка поневоле обрушивается на читателя с устрашающей атмосферой зла и изощренности. Каменные замки с алмазными шпилями словно привлекают к себе непостижимым образом, как будто готовые к гнусным действиям. Алиса, бесстыдная служанка, олицетворяет грязь и заскользящую в дрожи руку, отражаясь в сияющих алмазах....
Она вздохнула и, опустив голову, которая пока ещё оставалась на плечах, проговорила, вложив в слова как можно больше раскаяния:
– Милости Светлого господина! Простите… Я так голоден, что не соображаю, что говорю! А когда я на своих-то ногах еле стою, как удержаться на лошадиных четырёх? Вот если бы вы предложили пикник, я бы с удовольствием…
– Что предложил? – неожиданно заинтересовался Клод.
– Пикник! – страстно протянула Алиса и, закатив глаза, объяснила: – Это когда на природе поглощают много вкусной еды!
Голубые глаза Клода лукаво сверкнули, он сунул за пояс свиток и в упор посмотрел на Тео:
– Иди на кухню, пусть соберут корзину готовой еды, ужинать я буду за пределами Белого замка.
Алиса тоскливо посмотрела на дыру в полу и сглотнула слюну: желудок победил с разгромным счётом. Даже если для того, чтобы нормально поесть, придётся снова отбивать попу о седло, она готова! А библиотека от неё никуда не денется…
– Хорошо! – мученическим тоном произнесла она.
– А тебя никто не спрашивает, – резко ответил Тео и кивнул на лошадь: – Готовь Розамунду.
Резко развернулся и пошагал к выходу, Алиса растерянно смотрела в спину конюха: готовить? Как, спрашивается?! Жаркое, что ли, из неё сделать? Клод, как назло, уходить не собирался. Господин прислонился плечом к стене и, скрестив руки, наблюдал за ней. Алиса нервно огляделась, пытаясь вспомнить, что было на Розамунде… И как называются все эти странные вещи? Память услужливо подсказывала слова «попона», «стремена», «седло», но в реальности можно было опознать лишь последнее.
Ругаясь про себя, скрипела зубами: ну почему она не сообразила вызваться самой идти на кухню? Зная теперь, где она находится, точно бы сумела! Сникла: нет… Клод приказал сообщить, что откушает вне замка, а кому это говорить – неизвестно.
– Странный ты, – задумчиво проговорил господин.
Алиса исподтишка посмотрела на него, заметив, что он изучает её фигуру, вздрогнула и вцепилась в седло, пытаясь его поднять, но лишь завалилась: оно оказалось намного тяжелее, чем она себе представляла.
– Очень странный. – Но помогать не спешил, Алиса занервничала под его внимательным взглядом и, боясь пошевелиться, замерла.
