В своей особенном свете, эта книга как будто отражает вечные противоречия между разумом и инстинктом — особенно остро чувствуется в ночное время суток. Смешанная природа главного героя не только делает его уникальным, но и постоянно создает внутренние конфликты, как в полнолуние....
Измученный режиссер с холодным компрессом на лбу улегся под кондиционером в темном и пустом холле, оператор остался наводить порядок в студии, а мы с Вадиком побрели в редакторскую.
— У меня живот болит, — пожаловался Вадик. Он замер на одной ноге и прислушался: — И урчит.
— Как холодильник, — подтвердила я.
— Как пустой холодильник! — с нажимом поправил Вадик.
— Съешь чего-нибудь, — посоветовала я. — Вон, еще зефир остался.
Вадик скривился:
— Только не зефир! Меня от него уже тошнит, я же еще до съемок полкоробки слопал, так мне с утра сладкого хотелось…
— Теперь не хочется?
— Теперь не хочется, — согласился приятель.
— Могу предложить колбасу, — вспомнила я о своей утренней покупке. — У меня в сумке лежит кольцо польской полукопченой.
— А где сумка? — ожил Вадик.
— В редакторской, на моем столе, — ответила я, пошарив в карманах в поисках затерявшейся в них мелочи, но денег, разумеется, не нашла, только свой проездной и чужой мобильник.
— Держи, — Вадик вручил мне монету. — Можно я уже приступлю к колбасе? Я могу и без хлеба!
— Доставай и ешь, — разрешила я, минуя дверь в редакторскую.
Повеселевший Вадик шмыгнул туда, а я пошла к лестнице, но не успела далеко уйти. Позади раздался такой жуткий вопль, что я развернулась кругом на месте и побежала в обратную сторону.
Вопили в редакторской.
Кажется, Вадик даже не понял, что привлек внимание группы товарищей. Дождавшись, пока сбежится побольше народу, он, не извиняясь и не объясняя своего поведения, плашмя, как лист фанеры, рухнул на пол и выбил облачко пыли из паласа.
— Вот как должна падать настоящая нервная барышня! — не удержался от комментария Слава.
— Ой, что это с ним?! — испуганно пискнула Сашенька.
— Может, он зефира переел? — предположил Серега. — «Лямура», от которого не устоишь?
— Не, ребята, вам без водки нельзя! — укоризненно произнес Вова, выдвигаясь к павшему со своей бутылкой.
