В зеркальном отражении жизни, где каждое слово и действие кажется знакомым, но неожиданным. Здесь как керосин в чай — классика на новый лад, аскетизм среди изысков. Мы знакомимся с Елизаветой Григорьевной, маркизой незаметной и прекрасной, в доме, где каждая тарелка и каждый разговор переплетаются как в кружевных шляпах XVIII века....
– Вы чего креститесь и плюетесь в натуре? Мы же сговорились! Серега, скажи! Бабушка Маргарита, в смысле Рита, мы в вашу честь и так далее… Народ! Все назад! Как решили, так и будет!
– Молодой человек, – попеняла бабушка, – мой внук не может жениться на не им беременной девушке. – Секунду помолчала, уловив грамматическое несовершенство словесной конструкции, поправилась. – На девушке, беременной не от него.
– Сейчас наблюдается тенденция, – сказала по-прежнему багровая от волнения мама, – молодые люди не хотят жениться, при этом не отказывают себе в супружеских утехах.
– Как это? – не понял Лёня. – Стойте! У нас ведь все слепилось по-хорошему!
Он еще некоторое время сопротивлялся, нажимая на то, что еще десять минут назад все были согласны на свадьбу. Но ему в четыре голоса доказывали абсурдность и невозможность сватовства.
– А что я мамке скажу? И с Танькой как?
– Ты бы не рассиживал тут, – посоветовала Лена, – а бежал в дом семнадцать, может, и застанешь тамошнего Сергея. Хотя проблематично. Час дня. В это время дома только вольные звукооператоры, многодетные матери и пенсионерки.
– Вот, б… в… м… – заикался Лёня, – при женщинах не скажешь, как называется. Но вы меня… как же? Типа извините! Я не хотел.
Ему дружно закивали и замахали руками, мол, зла не держим. Проводили до двери.
Лёня ушел, и все чувствовали странное облегчение, которое случается при острой, но ложной тревоге. Когда эмоции задействуются, но не расходуются полностью, адреналин выплескивается, но не переработался до конца. Так бывает, например, когда вам сообщают, что горит квартира над вами, вот-вот рухнет перекрытие. Вы лихорадочно собираете документы и ценные вещи, готовитесь к эвакуации, а потом вдруг получаете уточнение – загорание не опасное, потушили, тревога отменяется.
"Сергея заставили рассказать с самого начала, как появился ужасный Лёня. В пересказе получалось, что Сергей заработал синяк в честной драке, окончившейся ничьей.
