В зеркальном отражении жизни, где каждое слово и действие кажется знакомым, но неожиданным. Здесь как керосин в чай — классика на новый лад, аскетизм среди изысков. Мы знакомимся с Елизаветой Григорьевной, маркизой незаметной и прекрасной, в доме, где каждая тарелка и каждый разговор переплетаются как в кружевных шляпах XVIII века....
Мама и бабушка, будто охмелевшие от волнения и возбуждения, подробно описывали свои чувства на каждом этапе «переговоров»: и тут меня пронзило, и тогда я онемела, в этот момент я подумала, ощутила, задрожала, похолодела.
– Как только мы услышали про ребенка, – подвела итог рациональная Лена, – мы Сережку задвинули на задний план, чисто по-женски стали на сторону беременной дурочки. Что было бы, не уточни мы адрес? Кто, кстати, додумался Лёню спросить?
– Конечно, я! – гордо изрек Сергей.
Мама и бабушка посмотрели на него с умилением.
– У меня, – потерла лоб Лена, – ощущение дежа-вю. Что-то подобное уже где-то было, с кем-то… Или в литературе? Точно! Рассказ Куприна, нет, Чехова. В нумерах живет господин, к нему являются и рассказывают о внебрачных детях, потом выясняется, что номер комнаты перепутали, а он уже был готов нести ответственность.
– Вот и Чехов тоже, – неопределенно сказала бабушка.
– Ничто не ново под луной, – заметила мама.
Сергей развел руками: на моем месте мог оказаться каждый.
А в остальном, прекрасная маркиза…
Обстоятельства слепились как назло: у старшего сына в школе каникулы, у младшего в саду карантин, одни бабушка с дедушкой уехали на юбилей свадьбы друзей, другие отдыхают в санатории. Детей оставить не с кем.
Накануне вечером я устроила мужу легкую истерику. Совершенно бесполезную, потому что прогуливать работу, чтобы сидеть с двумя здоровыми сыновьями, вышедшими из младенческого возраста, он не станет.
– Давай просто и сразу, сейчас, заранее спалим квартиру, затопим соседей. Чего тянуть? Устроим взрыв газа, короткое замыкание, засор в канализации? Или на определенное время вызовем МЧС и «скорую помощь», чтобы снимали Темку и Олежку с балкона?
– Лора, не паникуй! Они большие, они соображают… часто… почти всегда. А ты не могла бы отпроситься?
– Не-е-ет! – простонала я. – У нас сдача заказа.
– Так! – решительно заявил муж. – Я с ними поговорю! Строго! Пусть попробуют набедокурить! Я их!
– Правильно! Милый, ты построже, ладно? Пригрози ремнем, ежовыми рукавицами, мол, в бараний рог. Покажешь, где раки зимуют, кузькину мать… Нет, про мать не надо.
– Зови оглоедов! – строгим тоном потребовал муж.
