В усадьбе уже замерла тишина. Барон распахнул ставни, оглядывая темно-сапфировые облака над усадебной крышей, а затем снял очки, протирая их носовым платком и снова повесив на нос свой гордый подбородок. Гнев в его глазах ярче дня, готовый прорваться сквозь груди, словно сам фонтан победной надежды....
В тот день Кирилл Константинович поручил своим подчиненным перевернуть весь состав. Поезд был переведен в отстойник, досмотр занял больше шести часов, однако бриллианты так и не были найдены.
По досадному стечению обстоятельств именно в поезде некая партийная шишка ехала на совещание в Краков, и в результате задержки случился большой скандал. Ответственный товарищ рвал и метал, требовал, чтобы саботажник, виновный во всем этом, был привлечен к ответственности и непременно уволен из таможенных органов, но за Трегубова вступились местные власти.
Сейчас, глядя на подчиненного, осмелевшего не в меру, Трегубов не думал уступать.
– Не полчаса, а двадцать пять минут, точнее сказать, уже двадцать четыре! – назидательно продолжал он. – Когда встречали варшавский, твой Сливин тоже где-то болтался и явился одновременно с прибытием поезда. Согласно инструкции, весь состав наряда должен занять свои места как минимум за пять минут до прибытия состава, так что убирай свою газету и найди сейчас же мне этого балбеса!
Щукин поморщился, но газету отложил, нацепил фуражку и вышел из кабинета.
"Оставшись в одиночестве, Кирилл Константинович подошел к зеркалу, поправил галстук и снял с плеча соринку, упавшую на него. После этого он сел за стол и достал из верхнего ящика папку со сводками. Ничего особо важного в этих бумагах не было, за исключением информации о вчерашнем задержании на пункте пропуска «Брестовица» двух браконьеров, перевозивших в автомобильной покрышке пузыри с засушенной желчью бурого медведя.
Когда до прибытия псковского поезда осталось пятнадцать минут, Трегубов убрал документы в ящик и вышел из кабинета.
Выйдя на перрон, Кирилл Константинович тут же нахмурил брови. Там вдруг откуда-то взялась черная «эмка». Возле нее стояли старший лейтенант пограничных войск, Щукин и Сливин. Все трое о чем-то оживленно спорили с двумя незнакомыми мужчинами.
Трегубов быстрым шагом подошел к машине и строго спросил:
– Что здесь происходит? Кто пустил сюда этот автомобиль?
Один из незнакомцев, тот, что постарше, протянул Трегубову служебное удостоверение.
– Начальник оперативного отдела милиции города Пскова капитан Зверев, – представился он. – Не волнуйтесь! Машину мы уберем, просто очень спешили и боялись опоздать. Вы здесь старший среди таможенников?
– Да, я. Старший инспектор Трегубов, – представился Кирилл Константинович.
