В Париже ожила жизнь после долгих зимних холодов: свежий воздух и солнечный свет пробуждали новые надежды. В гостинице, где он встретил даму по имени Реми, ожидание клиентов стало чем-то захватывающим и романтичным. Пьер Мишле обнаруживает, что визиты в чужие края всегда оказывают сильное влияние на его восприятие мира....
Поняв из телефонного разговора, что именно ищет Максим, любезная хозяйка заранее подготовила для него целую стопку книг, включая искомые «Воспоминания…». Она было завела разговор об убийстве Арно Дора, но Максим вежливо уклонился, зато терпеливо ответил на вопросы о его творческих планах и о стремительно изменяющейся жизни в России, оставил несколько автографов на память для библиотеки и для ее хозяйки и покинул ее, унося книги.
Устроившись на диване, Максим обложился книгами, приготовил карандаш и блокнот, чтобы делать пометки, и начал перелистывать обветшавшие хрупкие страницы.
Звонок. Телефон. Реми.
– Я богатею с каждым днем, – сообщил жизнерадостно детектив. – Можете меня поздравить.
– Поздравляю. Поделитесь секретом, как вам это удается.
– Теперь Соня решила прибегнуть к моим услугам: она хочет, чтобы я доказал невиновность Пьера.
Максиму стало неприятно до горечи во рту.
– А это возможно? – сдержанно осведомился он.
– Соня полагает, что да.
– У него появилось алиби?
– Нет. Но она не верит, что это он.
– «Блажен, кто верует»… Чего еще новенького? – сменил тему Максим.
– Знаете, на какие деньги Мадлен купила фирму? На деньги Арно!
– Да… Любопытно.
Реми почувствовал, что Максим снова замкнулся.
– А вы чем занимаетесь? – поинтересовался он.
– Я? Работаю.
– Что ж, не буду вас отвлекать. До скорого!
Максим взялся за книги. Пробежав невидящими глазами несколько абзацев, отложил их в сторону. Соня.
Соня, Соня, Соня!
Бог ты мой, как же от тебя избавиться?
Он гипнотизировал глазами телефон. Телефон молчал. Видно, Соня занята сбором доказательств невиновности своего мужа.
Позвонить.
Позвонить?
А почему бы и не позвонить…
Благие намерения сегодняшнего утра улетучивались на глазах. Он потянулся к аппарату. Кнопки мелодично пропели восемь раз.
– Алло?
Это был голос Жерара.
Максим так растерялся, что не знал, что сказать.
– Алло? – повторил Жерар.
«Кто там?» – раздался где-то в глубине голос Этьена."
"– Кто-то дурью мучается, – ответил ему Жерар.
Максим швырнул трубку. Черт с ней, с Соней. Там у нее этот Карлсон ошивается со своим сыночком.
