Девочка Эмина описывает юношу, который прибирается в суматошном доме своих родителей перед переездом. Вместе с ним мы видим разницу между жизнью городской и деревенской. Атмосфера книги наполнена тревогой и надеждой на новую жизнь за пределами обычной повседневности....
Эмин отшатнулся от меня, резко нахмурив брови. Он встрепенулся, отошел, пытаясь успокоиться. Желая переварить мой ответ, который его совершенно точно не устроил.
— Ничего, — сказал он, — полюбишь. Это все можно исправить. Согласна, маленькая?
Я неуверенно кивнула. Это ему тоже не понравилось.
— Пойдем в спальню, моя девочка. Здесь становится холодно.
Он протянул руку в ожидании моей покорности.
Но сегодня у меня была еще одна задача. Важная, большая. Я была уверена, что у меня получится. Эмин добр ко мне — он соскучился и хочет добиться моего расположения, чтобы я скорее не противилась близости с ним.
Он согласится. Я была уверена, что согласится.
— Эмин, я хочу работать, — выпалила я на одном дыхании.
Муж улыбнулся. Его красиво очерченные губы растягивались в почти волшебную улыбку. А его смех в следующую секунду заставил меня съежиться. Громкий смех, хриплый. Насмешливый."
"В горле пересохло, но я старалась не опускать взгляда. Почему ты смеешься, Эмин? Ты смеешься надо мной?
Полина много говорила о том, как особенно важно обрести самостоятельность.
Я наивно посчитала, будто мой муж не самый жестокий человек.
Тем временем Эмин подходил ко мне все ближе и не переставал смеяться. А я все упиралась в окно, за которым равнодушно шевелилась черная вода.
— Моя маленькая Диана.
Его шершавые пальцы коснулись моей щеки. Я слегка дернулась — не ожидала от него нежности.
Только я еще не понимала, что нежность его была обманчиво ласковой.
Но хотя бы так. Правда?
— Кажется, воздух свободы был слишком холодным для тебя.
Я не поняла смысл этой жестокой фразы.
Пока его рука не вцепилась в мое запястье — за него он вывел меня из балкона.
Шагая за Эмином, я растерянно оглянулась назад. Именно там, откуда открывается панорамный вид, произошел наш радикальный разговор. Я никогда его не забуду.
Я молила его о работе, а он жестоко рассмеялся надо мной.
Воздух свободы был слишком холодным для тебя…
— Слишком холодным? — переспросила я.
— Вероятно, ты простудилась. Идем, моя девочка, я буду тебя лечить.
Глава 55
Эмин
Девочка захотела работать.
Ничего удивительнее в своей жизни я не слышал, клянусь. Диана вновь бьет все рекорды. И далеко не из-за глупости.
Наивность — не равно глупости, я в этом глубоко убежден. И все равно усмехаюсь этой наивной просьбе, поедая ужин в одиночестве. Есть она отказалась. После возвращения на Батальонную прошла неделя, а меня все еще колошматит без остановки.
