Девочка Эмина описывает юношу, который прибирается в суматошном доме своих родителей перед переездом. Вместе с ним мы видим разницу между жизнью городской и деревенской. Атмосфера книги наполнена тревогой и надеждой на новую жизнь за пределами обычной повседневности....
— Пока ты их не увидишь, — процедил Эмин.
— Эмин, ты не посмеешь! — в глазах собрались слезы, — не посмеешь шантажировать меня ею. Я все равно уйду!
Я думала, боль снова вернется.
Но Эмин лишь сцепил кулаки, посмотрел в упор и холодно приказал:
— Еще как посмею. В самом начале я говорил тебе: будь послушной, и у нас все будет хорошо. Я люблю тебя, моей любви на двоих хватит. А теперь марш в спальню, Диана. Я должен еще поработать.
— Любви на двоих? — просипела я.
Эмин безумен.
И в противовес своим словам он меня не отпускал. Даже в спальню. Вжал в стену и удерживал. В одной его руке была брошь, а другую он приставил рядом с моей головой.
Я была маленькой на его фоне. Хрупкой. А он большим и наделенным властью.
— Ты сделал свой выбор, — прошептала я с надрывом, — насильно отнял то, что принадлежало мне. Я ухожу, Эмин. Ухожу навсегда.
У меня появились силы. Я поняла это, когда уперлась в его грудь и оттолкнула Эмина от себя.
— Диана! — беспощадный рык ударил в спину.
Кусая губы, я бежала, не разбирая стен.
Не чувствуя погони и нарастающей ярости.
В сумке сиротливо лежала пустая коробка от духов и нижнее белье. Куда я с этим бельем? Ну, а что еще поместится в маленькую сумочку? Что? Паспорта у меня нет, я его с марта не видела, а все драгоценности и так на мне. На первое время хватит.
Какой же наивной я была.
Когда решила, что убежать получится так легко."
"— Открой эту чертову дверь! — закричала я, оглянувшись на Эмина.
Беспомощно смотреть, как на тебя приближается свирепый мужчина, было невыносимо. Я подергала ручку, но она была ожидаемо заперта.
— Ты не смеешь так поступать со мной! — я взывала Эмина к разуму.
— Потому что ты дочка Анархиста? Что это, маленькая? Гордость, спесь? — выплюнул Эмин.
Муж настиг меня со скоростью света. Я вскрикнула, а лопатки обожгло болью — Эмин прижал меня к двери.
Раунд проигран. Сила победила.
— Ты поступаешь некрасиво. В других обстоятельствах я бы ушла от тебя, — выдавила я.
— Других не будет. Не уйдешь.
Я горько усмехнулась и бросила взгляд вверх. Эмин изогнул бровь, ожидая всего.
Но только не этого:
— Ты знаешь, а Давид был прав. Во всем был прав. Нужно было остаться с ним. Если я когда-нибудь уйду, у меня больше не будет мужчин.
