Девочка Эмина описывает юношу, который прибирается в суматошном доме своих родителей перед переездом. Вместе с ним мы видим разницу между жизнью городской и деревенской. Атмосфера книги наполнена тревогой и надеждой на новую жизнь за пределами обычной повседневности....
Слишком.
Настолько горько, что накануне я отрезала себе волосы.
Ощущать мужской взгляд, пылающий прежней — его особенной — любовью, стало невыносимо.
В этот день я сидела на балконе. Взгляд сиротливо уперся в темную реку, а волосы клочками валялись подо мной. Темные, красивые, густые. Как он любил.
— Зачем ты это сделала?!
Будь сейчас лето, я бы посчитала, что рядом громыхнул гром — таким диким казался голос мужа.
Он вернулся домой, а я посчитала, что моя стрижка останется незамеченной. Эмин теперь большой человек, у него много работы и недругов.
— Твоя большая любовь минус мои волосы — равно маленькая любовь.
— Чего? — прищурился муж.
— Я посчитала, что без красивых волос ты станешь любить меня чуточку меньше, — предположила я.
Эмин возник передо мной — мрачный, недовольный — и перекрыл своим мощным телом черную реку.
Эмин схватил меня за подбородок, перенимая стеклянное внимание.
— Ты еще не поняла, Диана? Чуточку меньше не будет. Я буду любить тебя и красивой, и такой, во что ты себя порезала.
Я промолчала, а он сцепил челюсти и принес веник, собрал мои волосы в совок и отнес в мусорку. А что еще делать?
— Когда отрастут, больше не смей трогать мои волосы, — отчеканил он, — а теперь пойдем есть.
— Я не хочу. И готовить не буду.
— Я приготовил сам.
Он схватил меня за руку, а на кухне усадил за стол. Передо мной появилась тарелка с кашей, а когда ее аромат добрался до носа, горло сжалось в спазме.
Я дернулась, инстинктивно прижав ладонь к губам. Спазмы не прекращались.
— Маленькая? — Эмин нахмурился, — тебе плохо?
Оттолкнув его руки, я сбежала в ванную. Успев включить кран с водой, я склонилась над унитазом.
Меня вывернуло наизнанку.
В считанные минуты."
"— Диана, открой дверь, — услышала я приглушенный голос Эмина.
Я подошла к раковине и плеснула холодной водой себе в лицо. В голове было пусто. И равнодушно.
Я беременна?
На эту мысль я горько усмехнулась. Эмин, не дождавшись ответа, ушел, а я чуточку поплакала и после — почистила зубы. Когда-то я с любовью делала ему завтраки и звала красиво. Мой мужчина. Теперь язык не повернется на такую нежность.
Я выбралась из ванной ближе к ночи, ушла в каминную и плотно прикрыла двери. С тяжелой душой я забралась в кровать.
