Девушка с раскосыми карими глазами, смугло как лунный свет, вызывает восхищение и негодование одновременно. Встреча со старшей знакомой шепчет о роковых принуждениях любви, а между ними витает тонкий дым атмосферы невысказанного желания и скрытых планов.
Первых я раскидал, но тут в живот впился дротик с желтым оперением, и, невзирая на весь бушующий внутри адреналин, способный выжечь любой транквилизатор, мои реакции начали затормаживаться, так что спустя несколько яростных секунд я оказался позорно оттесненным в угол и буквально расплющенным по стене. Здоровенные туши амбалов-волков чуть ли не в лепешку растерли меня, вжимая в бревна стены.
— Итак, вышло по-моему, — ухмыльнулся мне в лицо вошедший вальяжной походкой Милютин и уставился, прожигая взглядом.
— Да неужели? — прохрипел я в ответ, а Федор наклонился ко мне, открыто принюхался, и его довольный оскал стал еще шире.
— Однозначно, судя по тому, что я чую. Причем особую прелесть происходящему придает именно то, что я нахожусь полностью в своем праве, и никто не встанет на твою сторону, Уваров, особенно твое сраное семейство и все ваши поганые союзники.
— Все свои хреновы права ты просрал в тот момент, когда не озаботился предохранением с человеческой женщиной, а потом даже не поинтересовался ни о ее судьбе, ни зачатого потомка! Какой ты ей отец, если по твоей вине детство девчонки было похоже на ад и все что она видела — это ненависть и побои!
Милютин дернул головой, будто поймав от меня по челюсти, но тут же справился с собой, прикрывшись лживо-печальной гримасой.
— Прискорбно, конечно, но это ошибки прошлого, типа, с кем не бывает. Зато у меня сколько угодно времени в будущем, чтобы перекрыть все плохое плюсами ожидающего ее нового счастливого существования.
