В середину Листопада, когда кусты начинают опускаться под первый снег, отряд из сотни бека Шамата преодолел за неделю путь почти до ста двадцати верст к своему горному селению Кумерге. Но стремительное изменение погоды — пронзительные дожди на второй день пути — замедлило их поход, делая каждый шаг утомительно трудным....
Тебя выведут через северные ворота вместе с табуном, далее – как шел сюда. Надо будет, я своего гонца пришлю к Ерге, все понял, Болот?
– Да, вождь.
Дедил осмотрел присутствующих:
– Кто желает сказать?
Сергун проговорил:
– Да ты вроде все сказал. Нам готовиться треба, а не разговоры вести.
– Совет не меньше важен. Ступай, Болот.
Гонец ушел.
Дедил распустил глав родов. Переговорил со старейшинами. Хотел поговорить со Светозаром, но жрец незаметно ушел раньше.
Дедил склонился над свитком-картой, задумался.
Сотни Месира и Гамиза не нашли перелаза и мелководья в двадцати верстах от крепости, посему пошли дальше по руслу и только после того, как солнце прошло половину пути, перед разведочным отрядом открылся широкий участок реки. Тут же в Оку были отправлены разведчики, они поплыли, и слабое течение не мешало им.
Перед противоположным пологим берегом было мелководье. Усмотрев место переправы, бележи взялись за рубку леса и вязание плотов. Закончили к закату. После молитвы они переправились через Оку и тут же устремились на запад по прямой, но не упуская из виду русло реки.
"Измотанные сотни у старой восточной переволоки вынуждены были встать на привал. Они также не увидели дозорных варузов, которые и здесь засели на деревьях. А в крепость обходными дорогами поспешил гонец Удал Корник. Завидев его, стражники подали специальный знак идти к реке. Там, дабы не опускать мост, бросили через ров связанную из трех досок переправу, по которой Корник подобрался к стене.
Тот ждал гонца в большой комнате. Селение уже спало, люди ложились рано, рано и вставали.
– Дозволь войти? – спросил Корник, сняв шапку.
– Входи, Удал, садись на лавку, выпей квасу и рассказывай.
– Я лучше водицы.
– Дело твое.
Напившись, Корник сел напротив вождя племени.
– Две сотни вышли к восточной переволоке.
– Значит, две. Я так и думал. Старых знакомцев из сотников не заметил?
– Как же, был один. Второй – новый. Они прямо подо мной проехали, пока я на дереве сидел.
– О чем говорили, разобрал?
– Не-е, но тот, что был тут раньше, показывал на деревья дальше за переволокой.
– Пошто ему деревья?
– А кто его знает.
– Обозы с ними?
– Да, на плотах переправили – двенадцать повозок. Больше арб, поменьше – телеги.
