В середину Листопада, когда кусты начинают опускаться под первый снег, отряд из сотни бека Шамата преодолел за неделю путь почти до ста двадцати верст к своему горному селению Кумерге. Но стремительное изменение погоды — пронзительные дожди на второй день пути — замедлило их поход, делая каждый шаг утомительно трудным....
Ничего подозрительного не заметил.
– Вождь полян ошибся в своих замыслах.
Хамзаят взглянул на бека:
– О чем ты, господин?
– Он рассчитывал, что горящий бурьян заставит нас отойти к возвышенности, и тогда мы не будем видеть, что делается на реке. А дым пошел на восток. Оказывается, и он ошибается.
Старший нукер усмехнулся:
– А кто из смертных не ошибается…
– Дозору продолжать смотреть за Вольным и рекой, сотне и нукерам – отдых. Я к себе.
– Наложницу вернуть?
– Нет. Единственно, чего добился вождь варузов, так это лишил меня желания.
– Слушаюсь, господин.
Но напасти этой ночи для бележей только начинались.
Справившиеся с пожаром ратники, вновь завернувшись в накидки, улеглись спать.
Дозорные смотрели на стены крепости, которая внешне выглядела спокойно. Только людей на стенах и башнях стало больше да поднятые мосты наглухо закрыли ворота, обнажив широкие и глубокие рвы.
Стража бележей не могла видеть, что происходило за стенами Вольного.
А там вовсю готовили камнеметы. Мужики поставили орудия на колеса, оттянули за веревки жерди. В «ложки» уложили голыши размером с хороший кулак. Опустили жерди до земли, с трудом удерживая их. Ожидали приказа.
И он поступил. Дедил махнул рукой:
– По ворогу, мужики, бей!
Тут же с трех сторон были отпущены веревки, жерди пяти камнеметов распрямились, выбросив далеко за стены кучу смертоносных камней. Снаряды ударили по спящим в поле бележам.
Никто из горцев ничего не понял. Одна только стража видела, как за стенами внезапно распрямились непонятные жерди, как мелькнули в воздухе губительные ядра.
Раздались пронзительеные крики. Камни падали вразнобой, но беда бележей была в том, что они располагались кучно, десятки к десяткам, сотня к сотне.
Под крики и вопли варузы подцепили веревки, загрузили в «ложки» еще порцию камней, до того сдвинув камнеметы немного в сторону. И вновь по команде, теперь уже глав родов, метнули снаряды по другому месту.
Третий залп дали, когда бележи уже поняли, что их бьют невиданным до этого оружием, и побежали к своим лошадям. Туда камнеметы не доставали.
Но и трех метаний хватило, чтобы внести сумятицу в стан врага. Рядовые воины метались из стороны в сторону, десятники пытались собрать их, сотники кричали во все горло, отдавая приказы, которые никто не слушал.
