В комнату вошел необычный персонаж: двенадцатиметровая блондинка в кружевных колготках и короткой черной юбке. Она смотрит на зеркало, где она сама — мельница из стекла и металла, сияющая ледяным серебром. За ней тихо шепчется другая фигура — худая девушка в розовых тапочках, очевидно сбитая с толку этой гигантской тварью....
Обменявшись парой фраз со своими собеседниками, он плавно разворачивается на месте, трогая свое жилистое тело в мою сторону, и все, на что у меня хватает ума — врасти в пол, ожидая его приближения.
— Приятная встреча, — оставив между нами метр, произносит Владимир.
Глядя в его лицо, молча киваю, пытаясь… хотя бы на секунду представить, что могла принадлежать этому человеку. В эту минуту перспектива кажется мне кошмарно пугающей, как и любая другая перспектива, в которой не было бы того мужчины, за которого я шагнула замуж с закрытыми глазами…
Проследив за направлением моего взгляда, Алиханов смотрит через плечо, и я благодарю Бога за то, что Рома слишком занят своим телефоном, чтобы обернуться.
Переведя на меня глаза, Владимир снова кривит в усмешке губы, только на этот раз делится выводами, вместив в одно слово все свои соображения:
— Глупо.
Глядя на него исподлобья, тихо говорю:
— Ты его не знаешь.
— Амбициозный молокосос без царя в голове, — усмехается.
Такая характеристика кажется мне полной собачьей чушью, и прежде, чем подумать головой как следует, почти с шипением бросаю:
— Посмотрим, что ты скажешь, когда будешь подавать ему чай.
Не тронутые сединой брови Алиханова на секунду взлетают вверх. Это очень смахивает на замешательство, но уже в следующее мгновение он откидывает голову и смеется.
Метнувшись глазами к стойке, ловлю на себе сощуренный взгляд Ромы, от которого по животу стелется холодок.
— Все-таки, правы были мудрец, — Алиханов стирает с лица веселье и, сверкнув глазами, добавляет. — Подобное к подобному.
Сделав шаг в сторону, чувствую бунт в душе и не сомневаюсь, что этого он добивался, тем не менее, держа в узде этот бунт, с фальшивой улыбкой роняю:
— Спасибо за комплимент.
Шагнув в сторону, выставляю вперед плечо, чтобы не задеть им своего циничного собеседника. Рома смотрит на меня через весь холл, пока стучу подошвами Гуччи по мрамору, сокращая разделяющее нас расстояние.
— Встретила старого знакомого? — сухо бросает Гец над моей головой.
Оставив размашистую подпись в каком-то формуляре, кладет на него ручку. Опалив мое лицо ироничным взглядом, за которым я с трепетом вижу совсем не иронию, а недовольство.
