В комнату вошел необычный персонаж: двенадцатиметровая блондинка в кружевных колготках и короткой черной юбке. Она смотрит на зеркало, где она сама — мельница из стекла и металла, сияющая ледяным серебром. За ней тихо шепчется другая фигура — худая девушка в розовых тапочках, очевидно сбитая с толку этой гигантской тварью....
— Потому что там им было самое место.
— И… сколько вы были женаты?
— Почти два месяца. Я оплатил ее бизнес, поэтому она стоит там, за дверью, и ждет моих указаний. Если ты закончила, я позволю ей войти."
"Жуя губы, смотрю в его невозмутимое лицо. Смотрю, понимая, что больше ничего из него не вытащу. Понимая, что быть его женой… кажется, это настоящая, черт возьми, прогулка по канату! Но каким бы смертельным не был этот номер, я хочу этого так сильно, что готова подписать этот контракт даже кровью.
Вытянув шею ему навстречу, делюсь собственной тайной:
— Если тебе интересно, сегодня я собираюсь первый раз в жизни наградить мужчину минетом.
— Блять… — тихо смеётся, прижавшись носом к моей щеке. — Убери руку, волчонок. Иначе ты наградишь мужика минетом прямо сейчас.
Глава 34
Новогодняя елка в центре отельного вестибюля соответствует месту. Кажется, ей не хватает пары сантиметров, чтобы пробить потолок, а гирлянды на ней представлены в таком количестве, будто ими украшена каждая иголка.
Переведя глаза с нее, на запруженный людьми холл, суетливо вешаю на локоть свой потрепанный жизнью пуховик и прижимаю его к груди. Переминаясь с ноги на ногу, бросаю взгляд на широкоплечую фигуру у стойки регистрации. Мой муж рассеянно слушает девушку-администратора, деля свое внимание между ней и экраном своего телефона. Сделав шаг назад, уступаю дорогу мужчине в униформе, который катит по мраморному полу тележку с брендовыми чемоданами, проводя к лифту какое-то иностранное семейство.
Бросив еще один взгляд на Рому, медленно бреду мимо зоны отдыха с диванами и журнальным столом на изогнутых позолоченных ножках.
Из лифта выходит группа мужчина, и мое сердце дергается от неожиданности, потому что один из этих мужчин… мне знаком…
— Вот черт… — бормочу, когда обведя хол хозяйским взглядом, Алиханов натыкается на меня.
Костюм, как всегда, сидит на нем отлично. Седые волосы зачесаны назад, а цепкие черные глаза становятся немного удивленными, но любые эмоции исчезают из них так же быстро, как появились, поэтому не удивлюсь, если мне просто показалось!
Положив ладонь в карман брюк, он со скучающим видом неспешно осматривает вестибюль еще раз, а когда добираются до стойки, его губы кривит сухая улыбка.
Та минута, в течение которой он решает, стоит ли засвидетельствовать мне свое почтение, нервирует каждой секундой, как и то, что обстоятельства нашей последней встречи были дерьмовее многих обстоятельств моей жизни.
