В тревожной атмосфере Москвы весны 1953 года, где каждый шаг становится последним, Великий Человек медленно исчезает. Комнату заливает тихий свет и слабый дым от лёгкого вина, растворяясь в зловещей атмосфере. Каждое движение кажется шагом на перепутье жизни и смерти.
Несколько минут полной тишины, нарушаемой только сосредоточенным сопением и шелестом переворачиваемых страниц, были прерваны тихим голосом Красина:
– Ваше Величество, материал настолько внушителен по объёму и по содержанию, что я просил бы Вашего разрешения ознакомиться с ним более обстоятельно? Разрешите забрать это с собой?
– Да, конечно, – живо отозвался император, – в настоящее время он не представляет собой какого-либо секрета, как любые фантазии на свободную тему. Давайте я только подпишу ваш экземпляр, чтобы не возникло недоразумений с жандармами, которые помнят, что входили вы с пустыми руками, а выходите с документами…
Чиркнув несколько слов, император закрыл папку, вручил инженерам и церемонно откланялся, любезно разрешив являться без доклада, если возникнут вопросы или предложения.
Выйдя из приёмной и рассеянно пройдя несколько шагов, Красин автоматически открыл папку и вдруг остановился как вкопанный, из-за чего следующий за ним Классон чуть не налетел на товарища…
– Что случилось, голубчик, – всполошился Роберт Эдуардович, – вам нехорошо, вы так бледны!
– Нет-нет, ничего, всё в порядке… – вымученно улыбнулся Красин, – не обращайте внимания, просто немного устал… Да вот еще и перчатки забыл в кабинете у государя… Вы это, езжайте обратно без меня, а я вернусь – заберу их и потом пройдусь – подышу свежим воздухом…"
"Адъютант в приёмной, ни слова не говоря, молча встал и распахнул перед инженером двери.
– Удивляешься, как быстро проходит день, – глухим голосом произнес он, не оборачиваясь, – а потом понимаешь, что это был не день, а жизнь… Вы что-то забыли, Леонид Борисович?
– Нет, – покачал головой Красин и, раскрыв папку, положил её на подоконник рядом с императором, – скорее нашёл, – и осторожно, как будто боясь обжечься, коснулся кончиками пальцев небрежной надписи по диагонали первого листа: “Нине от Кобы”.
В это же время. Поти. Яхта Штандарт
Аркадий Францевич Кошко, совсем недавно назначенный начальником сыскного отделения Рижской полиции и срочно командированный на Кавказ, с любопытством разглядывал легенду жандармерии – начальника секретной части Дворцовой полиции – генерала Ширинкина.
Выдающийся русский сыщик Аркадий Кошко“Легенда” явно пребывал не в лучшем состоянии.
