Взгляды переплетаются в тихом фойе больницы: дверь скрипит, а перед нами ставится загадочная парочка — Леонид Максимович с его подозрительным взглядом и Марией с легкой улыбкой. Курить он пришел, спрашивает он, и в его словах — доля шепота и нерешительности. Это начало обнажает тонкую сердцевину чужого мира, где смерть и надежда смотрят на жизнь из-за уголка....
Какие у него руки сильные и властные! Впрочем, они и тогда были сильными. И властными. Ничего не изменилось, ничего!
Он привел ее в тот же скверик в соседнем дворе, как тогда, десять лет назад. И даже скамейка была та же, стояла на том же месте. Десять лет – это так мало… Это же сущая временная ерунда – десять лет. Ничего не изменилось, ничего!
– Марсель, я люблю тебя. Я всю ночь не спал, я на рассвете встал и сюда пришел… Я больше не отпущу тебя, Марсель! Я не могу без тебя!
– Господи, Джаник, зачем?.
– Нет, Марсель. Теперь уже точно никуда не уеду. Буду с тобой."
"– Да как, как ты будешь со мной? Думай, что говоришь! Ты же не хочешь разрушить мою жизнь, правда? Не хочешь, чтобы мне было плохо?
– Нет, не хочу.
– Тогда не мучай меня, а? Перетерпи… Уезжай в Ереван, женись, живи счастливо. Ведь у тебя же есть невеста, Джаник? У тебя есть невеста по имени Лиана, правда? Ведь она же не взялась ниоткуда? Ты ее любишь, наверное?
– Да, у меня есть невеста… – эхом за ней подтвердил Джаник.
– Джаник, но так же нельзя! Это нечестно по отношению к ней! Неправильно! Так нельзя, понимаешь?
– А как можно, по-твоему?
– Но это же очевидно, Джаник! Нельзя, чтобы кому-то из-за тебя было больно. У меня есть своя семья, у тебя есть невеста. А еще есть осознанная необходимость жить по определенным правилам. Так, как нужно, понимаешь? Нельзя танцевать только вокруг своих ощущений.
– Марсель, что ты говоришь?.. Это все неправда, что ты говоришь, я знаю, ты так не думаешь!
– Да почему?!
– Да потому! Потому, что у нас одна жизнь, и почему, черт возьми, ее нужно угробить на эти «нужно» и «правильно»? И на осознанную необходимость? Кем, кем осознанную? Никто за меня ее не осознает, только я могу. И за тебя никто не осознает.
– Но так надо, Джаник.
