Взгляды переплетаются в тихом фойе больницы: дверь скрипит, а перед нами ставится загадочная парочка — Леонид Максимович с его подозрительным взглядом и Марией с легкой улыбкой. Курить он пришел, спрашивает он, и в его словах — доля шепота и нерешительности. Это начало обнажает тонкую сердцевину чужого мира, где смерть и надежда смотрят на жизнь из-за уголка....
Пока прямо, а там видно будет, – честно ответил ему Джаник.
– Хм… Понятно… – ухмыльнулся водитель, разглядывая ее в зеркало заднего вида.
Пришлось опустить глаза и сделать непроницаемое лицо, будто эта ухмылка совсем ее не касалась. Но ведь касалась же! И это было ужасно неприятно, хоть сквозь землю провались!
Джаник почувствовал ее настроение, сжал руку так уверенно и властно, что она тут же успокоилась. В самом деле, не объяснять же этому ухмыляющемуся мужику, что и как… Тем более она и сама себе не может объяснить эти «что и как».
Водитель снова обернулся, проговорил в сторону Джаника деловито:
– У меня знакомые дачу за городом сдают. Посуточно. Это я так, между прочим, в порядке рекламы. Если интересует…
– Да. Поехали на твою дачу, – не раздумывая, согласился Джаник, будто заранее был уверен в том, что водитель сделает подобное предложение.
– Но это не дешево обойдется, сам понимаешь… – осторожно проговорил водитель.
– Поехали! – почти гневно отозвался Джаник, будто водитель сказал ему что-то обидное.
В этот момент у нее в сумке заверещал телефон. Суетливо дернула молнию, нащупала его дребезжащее тельце, глянула на дисплей…
Леня. Надо отвечать, надо говорить, надо врать хитреньким голосом. Можно и не отвечать, конечно, но это тоже будет враньем. Есть еще один вариант – можно сказать правду… Но разве достанет сил для правды, ведь не достанет, можно и не пытаться!
– Да, Лень… – откликнулась тихо и вяло, сглотнув презрение к себе.
– Ты где, Марсельеза? Домой идешь? По времени вроде пора.
– Нет, Лень… Я пока не могу… Я потом тебе все объясню, ладно?
– Случилось что-нибудь, да? Неприятности? У тебя голос такой убитый.
– Нет, ничего не случилось. Просто очень устала сегодня.
– А ты где? Можешь сказать?
– Я… Я у Маринки, она просила с дочкой посидеть. Ты же помнишь Маринку, мою однокурсницу? Маленькая такая блондинка, полненькая… Недавно с мужем развелась, сейчас в районной поликлинике работает…
– Нет… Если честно, не помню.
– Ну, не помнишь, и ладно. У Маринки дочка заболела, а ей самой к маме надо съездить… И оставить не с кем.
– Ладно, Марсельеза, я все понял.
– Что ты понял, Лень?!
– Что надо понять, то и понял. Ладно, передавай привет Маринкиной дочке, пусть выздоравливает.
– Лень…
– Кстати, борщец у тебя получился отменный, я две тарелки слопал. И котлетки тоже, как всегда… Праздник души, именины сердца. А ты надолго в няньки-то записалась? С ночевкой или как?
– Не знаю.
– Ну ладно… Звони, если что.
