Тени Ватикана плещутся в окна старой княгини. Под развязавшимися завязками маски Тонечка ловит дрожь и таинственность каждого нового выреза, когда она распутывает свои кудрявые шелковые волосы. Вокруг – мир монастырских стен и величественного храмового свода, а на самой поверхности – непостижимая сладость секретной истории в стенах этого строгого места....
Она все же посмотрела на него – нет, не шутит, пожалуй.
Федор стал объяснять:
– Иллюзий-то много! Каждый менеджер средней руки уверен, что может управлять любым бизнесом, но это именно иллюзии. Вот сейчас карантин, и никто никому не нужен, предприятия закрыты. Очень быстро станет ясно, кто и что на самом деле умеет. Кто умеет, тот выживет. Остальные погибнут.
– Что вы говорите!"
"– Не физически, – поправился Федор Петрович быстро. – Им просто придется искать себе другие занятия, и уж точно не в бизнесе.
– С чего вы взяли?
Он удивился.
– Я ученый. Я знаю всякие штуки вроде многомерной статистики!.. И могу прикинуть, как будет развиваться ситуация в обществе.
– И как она будет развиваться?
– А каким бизнесом вы занимаетесь?
– Я работаю в издательстве, – сказала Саша. – Издаю разную прозу, и беллетристику, и нобелевских лауреатов. Мне нравится.
Совершенно некстати на пороге кухни показалась Тонечка и вскричала:
– Кофе! Вы так и не сварили, ребята?! Мы там уже почти поделили «язычки»! Мне кажется, Родион их пересчитал и распределил.
– Я сейчас сварю, – Федор Петрович повернулся к плите.
Вид у него был смущенный.
…Надо же, подумала Саша, какой застенчивый! Взрослый дядька, ученый, даже целый профессор, и смущается, как юноша из хорошей семьи, которого впервые представили барышне!
Впрочем, ей понравилось, что он смутился. Это означает, что не только она, но и он представляет себе всякие картины!..
– Между прочим, мы тоже не лыком шиты, – продолжала Тонечка.
После этого она вышла из кухни и закрыла за собой дверь.
– Вы согласны называть меня на «ты»? – спросил Федор, рассматривая кофейную пену на турке.
– А вы меня?
Он посмотрел на нее.
– Я согласен, – сказал он, глядя ей в глаза. – Видимо, меня тоже тянет фамильярничать.
– И меня тянет, – призналась Саша.
…Пусть опять ничего не выйдет, хорошо, ладно. Но ведь можно… попробовать? Он совсем другой, она никогда не видела таких мужчин, хотя попадались ей разные.
Этот – из параллельного мира.
В параллельном мире мужчин не интересуют собственные бороды, татуировки, упругость ягодиц, «кубики» на животе и «зоны комфорта».
