Тени Ватикана плещутся в окна старой княгини. Под развязавшимися завязками маски Тонечка ловит дрожь и таинственность каждого нового выреза, когда она распутывает свои кудрявые шелковые волосы. Вокруг – мир монастырских стен и величественного храмового свода, а на самой поверхности – непостижимая сладость секретной истории в стенах этого строгого места....
И когда он стал за мной ухаживать, я тоже думала, что он мне не пара, точнее, я ему! Он на самом деле превосходный режиссер и отличный продюсер, а я никто. И вокруг него всегда куча красоток! С некоторыми он спал, других снимал в кино, третьих и так и эдак…
Саша засмеялась. Тонечка посмотрела на нее.
– А потом оказалось, что мы жить друг без друга не можем. Не только я, но и он тоже! И что самая главная наша удача, что мы нашлись, понимаешь? И нам интересно и весело вместе. – Она вздохнула и призналась: – Не легко, понимаешь? А именно – интересно и весело.
– Это много?
– Это чертовски много! Я раньше писала один, и то из сил выбивалась.
– Напиши повесть.
– Ну вот! – воскликнула Тонечка жалобно. – И ты туда же!..
– Тоня! – закричал Родион откуда-то из дома. – Там какая-то машина приехала и стоит!
– Где? – проорала Тонечка в ответ.
– У нашего забора, мне в окно видно!.
Тонечка подскочила:
– А вдруг муж мой приехал?! Он обещал!
И помчалась с крыльца в обход дома. Федор Петрович показался в дальнем конце участка, Тонечка на ходу помахала ему рукой.
Ничего подобного, никакого мужа!.. Возле ее забора и вправду стояла машина, но совсем незнакомая.
Тонечка моментально расстроилась. Не было никакого смысла мчаться.
Она постояла на дорожке и повернулась, чтобы уйти – мало ли на улице машин! – но тут ее окликнули.
– Милая! – раздался женский голос, странно знакомый.
Тонечка открыла калитку и выглянула.
Ну, конечно! Как это она сразу не признала?..
Пассажирское стекло было опущено, на панели двери лежал полный локоток, и сквозь солнцезащитные очки на Тонечку смотрела великая актриса тверского драмтеатра Наталья Сергеевна Батюшкова, мамаша Федора Петровича.
– Добрый день, – сказала вежливая Тонечка.
– Добрый, милая.
– Она самая. Вон дом номер один. Но там сейчас… никого нет. Похороны Лидии Ивановны были сегодня утром.
– Прекрасно, – одобрила Наталья Сергеевна. – А где мне взять ключ от ее обиталища?
– Вам, наверное, лучше пройти к нам, Наталья Сергеевна, – предложила Тонечка, внутренне содрогнувшись. – Ключ, должно быть, у Федора, я ему отдала…
– Откуда вы меня знаете? – Наталья Сергеевна выбралась наружу, сияя улыбкой.
