Вместе с жуткой тошнотой и постоянным звоном в голове ты ощущаешь себя наедине с миром за закрытыми глазами. Лёгкость, мягкость подушек — знаки спокойствия или безысходности? Всё вокруг кажется тихим и неподвижным, словно замороженным в вечной ночь, а звуки извне мелкие и невнятные....
По слухам, перед смертью он внес в поминальник «невинно убиенного Якова Бородавку», за убийство которого, как посчитал Петр Сагайдачный, и был наказан отравленной стрелой в правую руку, державшую саблю, отрубившую голову кошевого атамана. Кстати, и его противник под Хотином, турецкий султан Осман Второй, прожил не долго. Его убили янычары, наказав за смерть своих собратьев во время проигранного сражения. Большие потери прощаются только победителю.
Впрочем, моя подорожная так ни разу и не пригодилась. Из-за Ионы, который одевался по казацкой моде и имел длинные усы и хохол, нас везде принимали за запорожцев и чествовали, как героев.
Я собирался добраться до Генуи и там сесть на торговое судно, но по пути план изменился. Слишком часто на дорогах стали попадаться отряды навербованного пушечного мяса, которых вели к местам убоя и которые, чувствую приближение смерти, вели себя, как бандиты.
Мы решил заехать в ближайший морской порт Триест и оттуда продолжить путь по морю до Венеции и дальше. В порту застал небольшой старый английский флейт «Святой Августин», который грузился медью и свинцом.
"Судну предстояло грузиться еще несколько дней, поэтому я поселился на постоялом дворе рядом с портом, сняв большую комнату с двумя кроватями. На второй спал Иона. Сразу по приезду я разрешил ему поехать обратно, но, как догадываюсь, юноша не спешил начать самостоятельную жизнь.
Убивая днем время, мы гуляли с ним по городу. Для Ионы многое было в диковинку. Сейчас Триест — маленький, тысячи на четыре жителей, сонный городок, входит в герцогство Крайна Римской империи, то есть под немцами.
