В детстве я провел последние дни перед отправкой в тюрьму своего друга-бывшего напарника по миссии, пока мы вместе проходили время в скромном доме моего дяди. Теперь его ждет исправительный дом на западе страны, и лишь несколько часов до этого момента — как прекрасная четверка, оставшаяся навеки в памяти....
"
"Вуди все не возвращался, и они объехали всю округу на машине. Тщетно. Дядя Сол пришел из бюро и тоже прочесал весь Оук-Парк, но Вуди как в воду канул. Тетя Анита предупредила Арти Кроуфорда. После ужина от Вуди по-прежнему не было никаких вестей, и Арти обратился к своему знакомому в полиции Балтимора с просьбой объявить розыск.
Дядя Сол почти весь вечер провел на улице, разыскивая Вуди, и вернулся домой около полуночи; новостей так и не было. Тетя Анита отправила Гиллеля спать и, укрывая его одеялом, попыталась успокоить:
— Уверена, что с ним все в порядке.
Дядя Сол долго не ложился, потом задремал на диване. Около трех часов ночи его разбудил телефонный звонок:
— Мистер Гольдман? Это полиция Балтимора. Мы по поводу вашего сына, Вудро.
Через полчаса после звонка дядя Сол уже был в больнице, куда отвезли Вуди.
— Вы его отец? — спросил администратор.
— Не совсем.
В приемный покой спустился полицейский.
— Что случилось? — спросил дядя Сол, шагая за ним по больничным коридорам.
— Ничего серьезного. Подобрали его на улице, в южных кварталах. Несколько ушибов. На редкость крепкий малый. Можете забирать его домой. А вы, собственно, ему кто? Отец?
— Не совсем.
Вуди, без копейки денег, уехал на автобусе в другой конец Балтимора. Сначала он думал взять машину и отправиться в Юту. Хотел попасть на автовокзал, но дважды уехал не в ту сторону, потом пошел пешком, заблудился в нехорошем квартале, и в конце концов на него напала шайка: требовали денег, которых у него не было.
Сол вошел в палату и увидел Вуди — в слезах, с распухшим лицом. Он обнял его.
— Прости, Сол, — бормотал Вуди, всхлипывая. — Прости, что тебя побеспокоил. Я… я не знал, что им сказать. И сказал, что ты мой отец. Я просто хотел, чтобы кто-нибудь поскорей за мной приехал.
— Правильно сделал…
— Сол… по-моему, у меня нет родителей.
— Не говори так.
— К тому же я поругался с Гиллелем. Он, наверно, меня ненавидит.
— Ничего подобного. Друзья иногда бранятся, это нормально. Пошли, отвезу тебя домой. Отвезу тебя к нам.
Только после вмешательства Арти Кроуфорда полицейские наконец отпустили Вуди с дядей Солом.
В ту осеннюю ночь во всей округе свет в окнах горел только у Балтиморов. Они открыли дверь, и навстречу им бросились тетя Анита с Гиллелем, в тревоге поджидавшие в гостиной.
— Боже мой, Вуди! — вскрикнула тетя Анита, увидев лицо мальчика.
