В Александр-Шанц, где солдатская рота мушкетеров стоит на боевой готовности, дядька капрал Цыган указывает на группу незнакомцев. Здесь воздух напряжен от недавних событий, и чувствуется что-то необычное в приближении высокопоставленных лиц — словно мир тонет в тайны, скрывающихся за обычными повседневностью....
Он учился в Салониках и Венеции, а кроме турецкого и татарского знал еще пять языков. Шахин Гирай мечтал реорганизовать средневековый Крым по европейским образцам. Однако он не учел реалий ханства. Любые нововведения вызывали лишь раздражение как у местной знати, боявшейся утратить свое влияние, так и у духовенства, у которого хан решил конфисковать их земельные наделы-вакуфы. Мечети на полуострове стали центрами сопротивления, где Шахин Герая называли изменником и вероотступником. Против политики хана выступили даже его родные братья Бахадыр и Арслан, собравшие вокруг себя большие отряды воинов.
Осенью 1777 года начался бунт, на помощь которому пришел турецкий десант во главе с очередным назначенным в Стамбуле ханом Селимом Гераем III. Восстание быстро охватило весь полуостров. По сути, это была гражданская война. Лишь при поддержке русских войск Шахин Гераю удалось удерживаться у власти. Теперь уйти из Крыма войскам было уже никак нельзя. Контингент их был увеличен, а командование всеми силами было доверено Александру Васильевичу Суворову, срочно отозванному из отпуска.
– Ваше высокоблагородие, к вам вестовой с северного тракта! – доложился Данила. – Говорит, что из Елисаветграда прибыл. Впускать?
– Давай! – Алексей поднялся, приветствуя гусарского подпоручика.
– Господин премьер-майор, я к вам с пакетом от генерала-поручика Гудовича, – доложился молодой офицер. И вот еще один пакет, от подполковника Баранова.
Алексей вскрыл сургуч на первом:
Командиру отдельной особой роты премьер-майору Егорову.
Число, подпись, личная печать.
Коротко, емко и ничего не понятно! Бросать насовсем эту устраиваемую Бугскую линию и оголять такую неспокойную границу? Ведь ему весьма четко еще четыре года назад дали понять, что Бугская линия – это очень серьезно и что нужно крепить ее всемерно.
Алексей вскрыл второе письмо.
Командиру отдельной особой роты премьер-майору Егорову. Убываете в Крым с сотней своих человек верхоконными. Соответствующее указание о выделении вам лошадей уже ушло в Бугский казачий полк. Часть вашей роты под руководством опытных командиров продолжит нести службу на пограничной линии вплоть до вашего возвращения. В ставке Суворова А. В. поступите в прямое распоряжение хорошо знакомого вам лица.
Число, подпись Баранова С. Н., личная печать.
