В темном подъезде я схватился за карту и побежал к лестничной площадке. За ненадобностью мелькала фигура парня в спортивной зелени — он стремительно убегал. Судя по телосложению, это курсант. Я перебегал ступеньки двумя за раз, бросаясь за ним. Было решительно: не даст сбежать!...
Мне, то есть, Андрею Петрову, тогда и было-то всего семнадцать лет. Не сообразил, что майора Нагорного сразу тут включать не стоило.
— Прекрасно, — Мытько чуть улыбнулся, вроде, не держит старых обид. — Пироги с ливером и картошкой печет, а я вот — здесь…
Я, наконец, приблизился к телу и внимательно осмотрел.
— Как думаете? — обратился я к судмеду. — Почему крови на земле совсем нет? Ее выкачали? И какова причина смерти?
— Смерть, очевидно, наступила именно в результате потери крови. Вряд ли, как вы это говорите, ее выкачивали, скорее всего, оно просто вытекла из раны.
— Но одежда чистая, не в крови, за исключением разве что штанины. Похоже, что его подвешивали и ждали, когда стечет кровь. Так?
— Верно, вот, обратите внимание на запястья. На них следы от веревки. Но не от этой. Этой он примотан уже посмертно, а тут видно, что и при жизни его связывали. Борозды другого окраса и глубокие, будто за руки подвешивали.
— Вот зверюга, — хмыкнул Горохов. — А ногу как отсек? Наживую, что ли?"
"— Прижизненно, — кивнул Мытько.
— А характер раны? Что скажете? — снова спросил я. — Есть какие-нибудь особенности?
— Ампутация произведена технично, ткани рассечены по суставу.
Мытько сначала произнес всё это, а потом удивленно посмотрел на нас — мол, а почему же это так? Оно и понятно, ему версии строить — должность не обязывает.
Может быть, в такие моменты он и жалел, что не остался в поликлинике трудиться. Но я сомневался, что такие мысли к нему часто приходят. В экспертах он явно чувствовал себя вольготнее.
— Получается, что убийца хорошо знает анатомию человека? — Горохов поскреб подбородок, оторвавшись от писанины.
— Или он работает мясником, — предположил Федя.
— Да-а-а, — задумчиво протянул Мытько. — Отсечение не с бухты-барахты, инструмент острый, и его владелец явно имел раньше опыт… Разделывания тел или туш.
— Что еще странного вы обнаружили? — вмешался начальник милиции полковник Булкин. — Я смотрю, вот узлы на веревке обычные, неумелые. Человек явно не служил на флоте и рыбалкой не увлекается.
Полковник, очевидно, хотел показать свою сопричастность к действу, но действительно высказался в точку. Обычная пеньковая веревка и правда была намотана на тело абы как.
