В темном лесу невидимые пути тянутся через облака, где лишь ночное дыхание создает легкий шепот. Маленький трактир за окном напоминает о мире за стенами: вой ворвался, оживленные голоса тут же затихли под леденящим гулом. В этот мир пришел чужак с печалью и цветами утренней росы на плечах....
И кому как не тебе это известно! Он прикрывал мою оплошность, мою неопытность как военного стратега, а ты обвинил его в дезертирстве. Нехорошо.
— Ладно, будь по-твоему. Моих дней на этом свете осталось уж немного, а ты — будущий правитель. Как бы ты поступил, будь королем?
— Энгилард не сделал ничего плохого. Имея возможности выгодно устроить свою судьбу, он поступил по чести. Ингрид уже замужем за ним и носит его дитя.
— Какой позор! — подала голос королева, переведя взор в окно.
— Я зачала дитя в законном браке, — дрожащим от обиды голосом сказала я. — В этом нет позора.
— Как бы то ни было, Энгиларда казнить не за что. Лорда Милдреда теперь нет, так что… отец, позволь Ингрид и ее мужу жить как им хочется.
— В этом свинарнике? — теперь королева кипела от возмущения. — Принцесса? Да ты в своем ли уме?
— Здесь не свинарник, — обиженно огрызнулась я. — Вы видите здесь хотя бы паутинку? Я убираюсь тут каждый день…
— О-о-о! — застонала королева, хватаясь за голову.
— Помолчи, Мариора, — прикрикнул на нее король. — Они могут вернуться к нам и жить при дворе.
— Я не вернусь во дворец, — упрямо заявила я.
— Может, есть лучшее решение? — не изменяя спокойному тону, вмешался принц Арвид. — Ты сам сокрушался, что после смерти Милдреда Старый Замок следует определить в хорошие руки. Почему бы тебе не передать его Ингрид?
Я опешила от такого предложения и уже открыла было рот, чтобы возразить, но осеклась.
— А ведь и правда! Неплохо придумал, сынок. Я, разумеется, не могу допустить, чтобы моя дочь гнула спину в деревне как простая крестьянка. Пусть уж лучше живет в замке, хоть и с бастардом. К тому же, замок этот должен был ей достаться, выйди она замуж за Милдреда.
От нахлынувшего на меня облегчения подкосились ноги.
— Благодарю вас, батюшка.
— Встань, дочь моя. Негоже принцессе по полу ползать.
Встав со стула, отец помог мне подняться, сгреб в объятия и чмокнул в лоб.
— Хоть и непутевая ты дочь, но отцовское сердце не может долго на тебя сердиться. А ты, Энгилард, уж точно под счастливой звездой родился, — скосил король глаза на моего мужа, что продолжал в молчании стоять у порога.
