Сверкающий лунный свет играет на стеклах, создавая мозаику теней и светляков. Вопреки кажущейся безмолвии ночной тишины, в воздухе заползает жуткий хохот, заставляющий кровь скребется в венах, лишая спокойствия и уверенности.
Теперь есть МЫ!
А это значит, что жизнь уже не будет такой пугающей и удручающей!
— Ты улыбаешься, — промурлыкал медведь, чуть касаясь кончиками пальцев моих губ и улыбаясь мне в ответ своей клыкастой улыбкой, от которой меня снова окатило волной жара, потому что теперь я могла любоваться им открыто и не бояться того, что он может ощутить мои эмоции.
И он, конечно же, ощутил, отрывисто рыкнув и как-то мотнув головой, словно отгонял от себя непрошеные мысли, но в конце концов облизнулся и чуть прищурил свои удивительные глаза, выдохнув хрипло:
— Не играй с огнем, девочка.
Это было сказано на полном серьезе, но не испугало меня. Скорее, вызвало много вопросов, которые так хотелось задать медведю, но он провел мягко и осторожно ладонью между моими бедрами, заставляя ахнуть и покраснеть, разворачивая свои пальцы так, чтобы я увидела на них кровь.
— Я сдерживался и контролировал себя. Но если сорвусь, то будет хуже…в десятки раз хуже.
— Я привыкну со временем, — прошептала я так же серьезно и уверенно, на что медведь улыбнулся, вдруг подавшись вперед, и неожиданно поцеловал в кончик носа.
— Моя смелая девочка.
— Только рядом с тобой.
— Ты всегда была смелая, просто немного забыла об этом. А теперь, — медведь даже не обтерся, когда снова поднял меня на руки и зашагал к дому, согревая жаром своего большого мускулистого тела, — завтракать!
Он съел всю рыбу.
ВСЮ!
И жареную, и сырую, поделившись с радостными псами, и недовольно покачал головой, когда я отказалась от нее в пользу жареной картошки.
— Когда пацан вернется, сделай ему так же. Думаю, он не откажется.
Я закивала в ответ, чувствуя себя неловко совершенно обнаженной, даже если в доме мы были одни, но медведь просто отбирал все мои вещи, а потом и вовсе пригрозил порвать все, что окажется на мне.
Сам он тоже ходил обнаженным совершенно спокойно и каждый раз усаживал меня на свои колени, стоило мне только пройти где-то мимо.
Вот и сейчас я сидела на его ногах, доедая картошку, пока он управлялся быстро с рыбой.
— Не понимаю, почему ты не хочешь перейти на нормальную еду, если сама видишь, что ваше мнение о том, что пацан не может есть мясо, было ошибочное."
"— Я уже привыкла питаться так, и потом…любая пища животного происхождения всегда связана с убийством.
Медведь напрягся.
Я ощутила это собственным телом.
