Сверкающий лунный свет играет на стеклах, создавая мозаику теней и светляков. Вопреки кажущейся безмолвии ночной тишины, в воздухе заползает жуткий хохот, заставляющий кровь скребется в венах, лишая спокойствия и уверенности.
— В каком смысле? — тут же напряглась я.
— В прямом! Главная красавица на все ближайшие поселки, а сидишь дома как прокаженная! Тебе и краситься не нужно, и одежду красивую искать — достаточно глазища твои увидеть и лохмы белые! Давно бы уже нашла себе городского мужика какого, выскочила замуж, а там бы, может, и матери твоей не пришлось бы горбатиться в столовой в лесу! И Эдьку бы в городе лечили!
Я не смогла вовремя удержаться оттого, чтобы не сморщиться от этих слов, потому что красавицей себя никогда не считала и уж тем более меньше всего мечтала о сомнительном замужестве за кем-то из города!
— Сидишь как кукушка в доме и даже последних новостей не слышишь! — тетя Зина облокотилась на подоконник, и ее глаза загорелись почти азартом, а я почему-то чуть отошла в сторону, заранее зная, что мне мало понравится то, что она скажет сейчас.
— В поселок новые мужики приехали! Говорят, все из себя важные, выкупили целый этаж гостиницы! Вроде среди них и симпатичные есть! Ты бы дошла хотя бы до магазина-то, глупая! Они тебя если даже издалека увидят, то уже не забудут, а там и сами найдут даже в этой глуши!
— Спасибо, теть Зин, — сухо проговорила я, пытаясь придумать любую причину, по которой нужно было бы очень срочно уходить, — но мне ничего не нужно в магазине.
— Так а разве я говорю, что нужно? Просто выйди и пройдись по поселку!
— Вы на работу не опоздаете? Уже почти восемь.
Женщина мне только погрозила пальцем, но все-таки улыбнулась.
— Вот упрямая ты, Илька!
— Ну какая есть… — пробормотала я ей, все-таки помахав рукой, когда женщина заторопилась дальше.
— А мама когда приезжает с вахты?
— На следующей неделе.
— Через пару дней загляну к вам! Принесу чего-нибудь вкусного!
— Хорошо, спасибо!
Я не смогла сдержать тяжелый протяжный выдох, когда убедилась, что она действительно ушла.
Кажется, ничего страшного не случилось и присутствие в нашем доме медведя осталось тайной."
"Поставив на печку чайник, я вышла в зал, чтобы подняться наверх и позвать его обратно, вздрагивая, когда увидела медведя сидящим на верхней ступеньке лестницы.
Больше он не улыбался, и его сиреневые глаза стали мрачными, а взгляд невидящих глаз ощутимо тяжелым.
В первую секунду я даже растерялась.
Так и смотрела на него, пытаясь понять, что стало причиной такой резкой смены его звериного настроения.
— Что-то не так?.. — в конце концов не выдержала я, говоря тихо и вкрадчиво, на что медведь свел брови и молча кивнул.
