В новом доме Ариша чувствует себя чужим ребенком среди новых знакомых. Но вместе с тем она находит в себе силы пойти к школе и встретить старого друга Александра — своего худшего из всех. По пути они несутся мимо новогодних ледяных скульптур, переживая неловкие моменты взросления. Ариша обнаруживает в себе способности быть верным другом и учится принимать новые вызовы жизни....
Буквально секунда, и его голос становится тверже, а прикосновения не то чтобы грубее, уверенней. Да именно уверенней.
Тим напирает, прижимает меня к стене. Едва успеваю хватануть воздуха, прежде чем влетаю ему в грудь и окончательно теряю связь с реальностью. Девушкой? Сознание рассыпается, все привычные прописные истины крошатся в пыль. Это же Азарин! Наглый, злобный, ненавидящий меня…
Мысли путаются. Мозг будто специально подкидывает самые неприятные моменты нашего прошлого. Самые болезненные. Зажмуриваюсь. Делаю глубокий вдох.
Я же так и не отпустила его руку. Так и сжимаю. Отнекиваюсь, но продолжаю удерживать его пальцы в ладони своей. Ненормальная.
– Я… не хочу, чтобы кто-то знал. Я не уверена… Мне не нужны отношения. У меня другие планы и приоритеты. Мне…
– Так не пойдет.
– Что?
За дверью снова раздается крик. Сжимаюсь на автомате, и, как только я это делаю, Тим меня обнимает.
Крепко. Дыхание сбивается. Да все настройки внутри летят к чертям.
Губы обжигает поцелуем, и кожа вмиг покрывается мурашками.
Тим снова переплетает наши пальцы. Его свободная рука ложится на мою талию. Запах мужского парфюма забивает легкие.
Сердце разрывается от переполняющих меня эмоций. Они такие разные. От жуткого страха, смешанного с робостью, до всепоглощающего умиротворения вкупе с наслаждением.
Легкий озноб касается кожи, тайком пробираясь к сердцу. Оно неестественно сжимается, пуская по венам новую дозу крови, но уже обогащенную эндорфинами. Их слишком много. Сознание затуманивается.
Открываю глаза. Чувствую новое прикосновение губ. Щеки горят огнем.
Делаю маленький шажок назад, еще больше вжимаясь в стену.
Тим скользит пальцами по моей шее, волосам. Его теплое дыхание задевает ухо.
Вытягиваюсь. Привстаю на мыски, обвивая его шею.
Вдох – выдох.
Глаза снова застилает тонкой вуалью дымки, сотканной из эмоций.
Свет в комнате внезапно загорается. Яркая вспышка отпечатывается на Азаринском лице, и мне сразу хочется отпрянуть. Но теперь некуда. Больше некуда.
Распахиваю глаза шире.
"Свет, словно вестник апокалипсиса, возвращает меня в реальность. В ту реальность, где я никак не могу сознаться себе в чувствах. В своих чувствах к этому непоседливому мальчику.
– Игра, кажется, закончилась, – бормочу ему в щеку.
– Видимо.
Оттеснившись на пару миллиметров, рваными движениями завязываю волосы в хвост. Приглаживаю выбившийся на висках пушок и инстинктивно облизываю губы.
