В темном зале драконьей крепости, голова Ирис пульсирует от невероятной боли. Свет играет на хрустале, ноющая музыка накрывает её как волна ужаса. Она с трудом разлепляет веки и видит чужие глаза — мужские, холодные и жесткие.
Поток обрушивается, точно живой, обвивает его руку ледяным кольцом и резко сжимается. Генерал вскрикивает, отпуская меня, отшатывается.
Его пальцы дрожат. Манжеты промокли, вода капает с локтей.
— Не прикасайся ко мне больше, — тихо говорю я.
— Ну уж нет! Слишком много было сделано! Не отпущу! — Атертон снова бросается на меня. Я улоняюсь в сторону.
И в этот момент чей-то кулак резко врезается в лицо Атертона.
Глухой, чёткий звук раздаётся, как выстрел. Генерала отбрасывает назад — он спотыкается и падает в фонтан, поднимая облако брызг.
— Ты плохо слушаешь, — голос Ривза звучит спокойно. Холодно. Опасно.
Он стоит рядом, словно был здесь всё время. Или появился в тот миг, когда нужно. На его лице нет ни тени улыбки. Только ледяная сосредоточенность.
— Она сказала: не прикасайся.
151. Помни
Атертон пытается подняться, кашляя, вытирая кровь с губы. В глазах — не раскаяние, а бешенство. Но под этим — страх. Такой, что не скрыть.
— Вы… вы не имеете права… — хрипит он.
— Я — Защитник Истока, — отвечает Ривз.
Он делает шаг вперёд, взгляд становится ещё холоднее.
— Но прежде…
Ривз достаёт из-за пояса запечатанный свиток с серебряной печатью и разворачивает его.
— Дариус Рейвен, высокорожденный Атерон, пятый генерал-защитник Цитадели, именем Истока вы арестованы. За злоупотребление служебным положением. За фальсификацию обвинений в отношении вашего помощника, закончившуюся его смертью. За несанкционированные растраты, связанные с деятельностью покойной Кэтрин Фехос.
Ривз читает спокойно, ровно, как будто объявляет погоду.
— За использование артефактов, запрещённых магическим актом двадцать третьего цикла. За участие в махинациях с заключёнными. И, наконец… за нападение на драконорожденную владычицу Двенадцатого.
— Это… ложь… — сипит Атертон, оглядываясь, будто ищет поддержку. — Это провокация. У вас нет доказательств!
— У нас есть свидетельства. Есть записи. Есть признания. Всё задокументировано.
"Сферы проявляются в воздухе. Они зависают над ним и начинают мерцать, подтверждая, что всё было зафиксировано.
— Всё записано, генерал, — звучит голос одного из дозорных, появившихся сзади. — Под протокол.
Атертон отступает, будто хочет сбежать, но с обеих сторон уже приближаются дозорные в форме. Они не торопятся. Они уверены.
