Автор
Внутренний голос женщины трепещет от напряжения и страха, ставя ее в невероятно унизительное положение под столом. Угроза босса буквально дышит мужским запахом прямо в лицо, оставляя щекотливую атмосферу напряжения и тревоги.
— Так достаточно? Или сто́ит зажечь посильнее? — как бы указывая направление, где босс собирается поджигать, его ладонь чуть съезжает с моей талии ниже.
— Переигрываешь, — шиплю я.
— А ты путаешь поведение сопляков и взрослых мужчин, — от горячего шёпота в ухо, смущения и упоминания взрослых мужчин у меня выступают мурашки и краснеют щёки.
— Вот, теперь ты больше напоминаешь не синий чулок, — довольно констатирует Зарецкий.
И под ошеломлёнными взглядами коллег берёт меня за руку и выводит из кабинета.
Мне не остаётся ничего другого, как следовать за ним.
Ну не вырываться же на глазах у благодарного зрителя.
Уже на улице в липких объятьях жаркого июля я всё-таки подаю голос:
— Это было обязательно?
— Ты же сама хотела огонька? Что не устраивает? — поднимает бровь Андрей. Он всё ещё злится, но как-то уже поспокойнее. — До тебя никто не жаловался.
Закатываю глаза.
Пожалуешься тут, пожалуй.
Смазку ещё надо заслужить…
— Куда мы едем? — напрягаюсь я, когда Зарецкий открывает передо мной дверь машины.
— Есть. Есть и обсуждать твой великолепный план. Потом я буду его править и утверждать.
Мне явно предстоит непростой вечер, но придётся потерпеть.
Завтра Кристинка должна быть уверена, что наш спектакль — чистая правда.
Пока Зарецкий ведёт машину, я обдумываю, как бы так ему рассказать детали, о которых до сих пор умалчивала, и понимаю, что что-то не так, только когда авто останавливается.
Почему-то, когда Андрей сказал, что мы едем есть, я решила, что речь идёт о заведении, но мы паркуемся у «Пентагона», жилого дома, где спокон веков, так сказать, обитали представители городских элит.
— Приехали, — Зарецкий отстёгивает мой ремень безопасности, потому что я в ступоре.
— Э… А как же… А что мы… Куда?
— Есть.
— И что мы будем есть? — несчастно спрашиваю я.
— Лену Леонидову.
Глава 10
Смена декораций
Квартира Зарецкого, на мой взгляд, не отражает его натуру. То есть здесь, конечно, всё по высшему разряду, но в интерьере чувствуется какая-то человечность, которую за боссом я пока не заметила.
— Что? — спрашивает он, уловив моё недоумение.
— Ну, честно говоря, я представляла себе царство камня и металла, типа лофт, и всё такое, — мямлю я.
— Это была квартира родителей, я не стал менять ничего кардинально, — отвечает Андрей, предлагая мне тапки.
О как.
Значит, он не первый успешный в своей семье. Так сказать, потомственная элита.
Мажор, значит.
Я никак не могу расслабиться.
