Автор
Внутренний голос женщины трепещет от напряжения и страха, ставя ее в невероятно унизительное положение под столом. Угроза босса буквально дышит мужским запахом прямо в лицо, оставляя щекотливую атмосферу напряжения и тревоги.
"
"— Даже и не мечтай, Леонидова. На такое у меня не стоит, — скалится придурок. — Прошу.
Следую приглашающему жесту и усаживаюсь на пассажирское сидение двухместного авто. Климов, устроившись за рулём, бросает взгляд на мои коленки:
— Лена-Лена… — наигранно сокрушается он, — юбка должна подчёркивать ноги, а не прятать их.
— А ты точно стилист? — закатываю я глаза. Просматривая модные тенденции лета, я видела, что в тренде летние юбки макси. Бохо-стиль, все дела.
— В первую очередь я мужик и клюю, когда мне что-то показывают.
У дверей квартиры я делаю Климову внушение:
— Только попробуй что-то вякнуть по поводу моей квартиры, и я точным пинком отправлю тебя с балкона.
Лёха поднимает руки в жесте смирения и поэтому получает доступ в мою двушечку. Пока ещё мою.
Разувшись, я иду в спальню, радуясь, что там прибрано, но Климов пропадает с радаров. Да где он? В стандартной хрущёвке невозможно заблудиться?
Обнаруживается тот, кто в первую очередь мужик, на кухне.
Лёха пристально разглядывает содержимое моего холодильника.
Я демонстративно закрываю дверцу.
— У тебя там борщ! — возмущается индивид.
— Он пересолен моими девичьими слезами по своей серости, — не поддаюсь я.
— Не дашь? — догадывается Климов.
— Не-а.
— Ты всегда была противной, — вздохнув, делится он со мной своими наблюдениями и топает в нужном направлении.
А дальше начинается мой личный ад.
Нет, я догадывалась, что не услышу ничего хорошего, но теперь Лёха ещё и мстит мне за борщ.
— Боже, Леонидова. Тебе сколько? Никак на пенсию собралась…
Стискиваю зубы.
Одна за другой извлекаются вешалки с блузками и рубашками.
— Тоска, — плечики брезгливым жестом отправляются на кровать. — Колхоз, — следующие летят. — Просто гадость, — ещё одна тряпка отбракована. — Ну вот это вот почти ничего. А вот это для кого? Чтобы мама думала, будто ты до сих пор в шестом классе? Так, ну в этом на похороны.
Он принимается за брюки:
— Ну что… На удивление прилично, но вместе с рубашками или вот с этим свитером… Только сжечь. Так-с юбки у тебя «прощай молодость» всё. Лена, где платья? Сарафаны? Где намёк, что ты не только офисная крыса?
Я. ЕГО. УБЬЮ.
Мои ноздри так раздуваются от гнева, что вот-вот лопнут.
— А здесь у нас что? — Климов нагло отодвигает ящик комода с нижним бельём.
