Пробежав взглядом по гладкой поверхности тумбочки без единой пылинки, возвращаю внимание к телефону. Предчувствие паршивое. И что-то мне подсказывает, я знаю человека, кто сможет враз прояснить ситуацию.
В основном Еськина рефлексия и бешенство связаны конкретно с двумя людьми.
Захожу в избранные контакты и нажимаю вызов.
– Мама, ты с Есей сегодня общалась?
Поднимаюсь с кровати и иду в ванную.
– Нет, Андрей. Конечно нет.
Достаю щетку и, зажав смартфон плечом, выдавливаю из тюбика пасту.
– Нет же. Я ее неделю не видела.
– Андрей, я тебе говорю…
Она пытается оправдаться. Щелкаю выключателем, чтобы зажечь свет над зеркалом, и роняю щетку. Мать продолжает причитать в трубку, хотя ее слова меня теперь мало интересуют. Потому что вместо щетки из-под тумбы я вытаскиваю пластиковый футляр.
Мозг мгновенно стопорит мысленный поток. Проходит пять, четыре, три секунды… Я слышу, как мой внутренний голос отсчитывает каждую, прежде чем ко мне приходит полное понимает, что я только что нашел.
Чуть крепче сжимаю тест в пальцах и сбрасываю вызов.
Мать наяривает в ответ. Телефон разрывается громкой мелодией.
Внутри все переворачивается. Да что уж там, мир с ног на голову встает.
Несколько долгих минут смотрю на две ярко-красные полоски под мелодию телефонного звонка. В ушах звон. Звуки вокруг становятся приглушенными. Сейчас я отчетливо слышу биение собственного сердца. Его ритм чуть быстрее обычного, ровно до момента, пока до меня не доходит понимание всей картинки. Вот тогда моторчик заходится в бешеном темпе.
Роняю эту пластиковую палку на пол. В подъезд вылетаю в расстегнутой рубашке, спустившись ровно на один пролет, выдыхаю. Торможу. Упираюсь ладонью в стену, понимая, что творю какую-то дичь. Хотя бы потому, что на мне нет ботинок.
Возвращаюсь в квартиру. Забираю из ванной телефон, обуваюсь и снимаю с вешалки куртку, не забывая кинуть в карман ключи от машины.
Токаревой звоню уже из машины. Гудков до сих пор нет. Телефон выключен.
– Зараза! – ударяю по рулю, задевая клаксон, громко сигналя ползущему впереди автомобилю.
Обгоняю эту черепаху, сцепив зубы. Водила тычет в лобовуху средним пальцем. Утырок.
Такое состояние сейчас, что хочется остановиться посреди потока и вытащить этого умника из тачки. На телефон падает сообщение.
Еськин телефон снова в сети.
Перестраиваюсь и снова звоню ей.
Проходит пара секунд, прежде чем она берет трубку. Кажется, шмыгает носом. Не прислушиваюсь.
