В Перегриме жалкие мученики пытаются выбраться из тюрьмы душ, где они заточены за бесчестие и грехи. Жаркий огонь внутреннего конфликта схватывает их насквозь, а болезненно-глубокое равновесие между жизнью и смертью становится критическим фактором для выживания.
Судя по частому перестуку копыт, который долго дробил ночную тишину, паре охранников удалось смыться.
— Собираем оружие и доспехи, грузим на лошадей! — приказал я.
Пока мои подчиненные занимались этим, посмотрел, что везли мулы. Думал, будет только провиант. Да, везли несколько амфор оливкового масла и вина, но основную часть груза составляли оружие, доспехи и железо и бронза в слитках. Видимо, жители Замы собираются драться до последнего.
С захваченной добычей мы прошли по дороге почти до реки, где остановились на ночевку.
— Не такой я представлял войну, — признался он.
— Всё, что мы представляем, о чем мечтаем, оказывается не таким.
"— Иногда мне кажется, что ты старше меня на много лет, как мой отец, — поделился юноша.
— Мне тоже иногда кажется, что я старше самого себя! — отшутился я.
Поутру мы благополучно переправились через реку и прибыли в каструм. Как я и предполагал, Неподкупный оказался тем еще жлобом. Вино и масло у нас отобрали сразу и безвозмездно, оставив нам лишь по амфоре того и другого. Остальное, кроме оружия и доспехов, продали без нашего ведома и, как мне сказали, за сумму, которая составляла всего треть цены, из которой половину отдали нам.
