Прошлое вернулось к нему с невыносимой ясностью: боль неизбежно напоминала о времени, когда Максим искал уход из жизни. Воздух был пропитан тайнами предыдущих лет, и каждое слово шло как тончайший аромат истории, мерцавшей на солнечных лучах в глубинах сознания.
Это двадцать четвёртый. С движком М-63, — в голосе юноши слышалась гордость. — Тысяча сто лошадок между прочим, не кот начихал.
— Редкая птичка, — заметил Максим, который успел изучить вопрос.
— У нас в полку две такие машины. На одной комполка летает, майор Коробков, — теперь голос паренькабыл полон уважения. — А вторая, значит, теперь ваша будет. Раньше шесть таких машин у нас было, осталось две, вот. Только, разрешите заметить, тесновато вам в кабине будет. Уж больно вы… — механик осёкся.
— Здоровый? — улыбнулся Максим.
— Ну да. Плечи — вон какие."
"— Лётчик должен быть физически сильным, — наставительно заметил Максим. — И выносливым. Что до тесноты, то это вопрос привычки. Главное, чтобы голова на шее хорошо крутилась, и пальца ручку держали и на гашетку вовремя жали. А на этой кто летал? — спросил он и добавил, заметив, как посмурнело лицо механика. — Извини, что спрашиваю, но хотелось бы знать, чья машина мне досталась.
— Младший лейтенант Максимов, — сказал юный Владлен Сорокин. — Убило его.
— Извини, — ещё раз сказал Максим и подумал, что ничего случайного в этой жизни не бывает. Везде знаки. Младший лейтенант Максимов. А его зовут Максим. Вот и думай. Хотя чего здесь думать, драться надо.
Затем он получил место в землянке (оказался в ней один, второе место пустовало, и он не стал спрашивать, почему), пообедал ипознакомился с командиром второй эскадрильи, куда его определили.
Капитан Сергей Тимаков — красивый черноволосый парень, чем-то похожий на пока ещё не существующего французского актёра Алена Делона, был краток.
— Оспаривать приказ комполка я не стану, — сказал он. — Хотя признаюсь, что на его месте отправил бы тебя в тыл к особистам. На всякий случай.
Максим промолчал. Из разговоров он уже знал, что случилось с полковым особистом. Погиб тогда же, когда и младший лейтенант Максимов, — неделю назад, во время внезапного и, увы, успешного налёта немецкой авиации на аэродром.
— Однако повторю, приказ есть приказ. К тому же, скрывать не стану, лётчики мне вот так нужны, — он провёл ладонью по горлу. — Позарез. Пять самолётов в эскадрилье осталось. Полтора звена. Твой — шестой. Значит, будешь в моём звене, лично за тобой прослежу. Всё ясно?
— Так точно, товарищ капитан.
