Прошлое вернулось к нему с невыносимой ясностью: боль неизбежно напоминала о времени, когда Максим искал уход из жизни. Воздух был пропитан тайнами предыдущих лет, и каждое слово шло как тончайший аромат истории, мерцавшей на солнечных лучах в глубинах сознания.
Ну, здравствуй, поздоровался мысленно с лесом. Недолгим было расставание. Укроешь? Надеюсь на тебя.
Ветерок пробежал по ветвям, деревья зашумели, словно отвечая. Укроем, мол, даже не сомневайся.
Офицерский компас у Максима был, но он и без него прекрасно знал, где восток. Туда и пошёл.
Месяц, проведённый в лесу с партизанами, плюс врождённые и наработанные способности сказывались самым наилучшим образом, — ему не нужен был и сверхрежим, чтобы двигаться быстро и бесшумно. Ладно, почти бесшумно. При этом сам он слышал всё: перекличку птиц, шелест листвы, шорох ежа в ближайших кустах.
Вот и сейчас.
— Хке-хке-хке, — характерно застрекотала одна впереди и правее.
— Чехчехчех — быстро и встревоженно ответила другая.
Максим остановился, поднял голову. Между ветвей мелькнуло чёрно-белое оперенье.
Что-то их обеспокоило.
Что?
Максим вошёл в сверхрежим, прислушался.
Звуков сразу прибавилось.
Вот они. Шаги. Осторожные, но недостаточно бесшумные, — нет-нет да и хрустнет тихонько тот же опавший лист под ногами. Или сухая веточка.
Трое идут. Держатся рядом, но не вплотную. В пределах видимости друг друга. Идут по направлению к нему.
Впереди раскинул ветви дуб. Не старый, но и не юный — в самый раз.
Максим вышел из сверхрежима (энергию нужно беречь) подпрыгнул, ухватился за ветку и через две секунды исчез среди ещё зелёной листвы на четырёхметровой высоте.
Поиграем в Робин Гуда.
Идущих было уже слышно и без всякого сверхрежима.
Да, трое.
Не торопятся, но и не медлят. Не разговаривают.
Ближе, еще ближе…
Вот они.
Внизу, между ветвей, мелькнула пятнистая зелёно-коричневая куртка и каска, на которой красовался импровизированный венок из травы.
Теперь Максим видел и оружие — уже почти родной MP-40 на груди.
Немец.
Разведчик.
Коллега, мать его так.
Максим нащупал в кармане ТТ.
Хрустнула ветка.
— Дерьмо, — громким шёпотом выругался немец и остановился.
Почти точно под Максимом.
— Что там, Фридрих? — послышался второй голос.
— Ничего, — сердито ответил первый. — На ветку наступил. Эти чёртовы русские леса сведут меня с ума.
— Тихо, — вступил третий. — С ума сошли?
— Да нет здесь никого, — сказал Фридрих. — Расслабься, Йоганн. Давай лучше покурим.
Прошуршали шаги.
Внизу сошлись трое.
