Капитан Мороз сидел в кабинете, за обшарпанным столом из зеленого сукна, перебирая бумаги в картонной папке с чернильными пятнами. На его крестьянских руках - особенно на среднем пальце правой руки - тоже имелись подобные заметки. Не любил он эти записки, их скрип и таинственное предназначение....
Не я, так другая баба! Кровью обхаркаешься, так и знай!
– Дура, не о том думаешь! – зарычал Сосновский. – Где Леху найти? Обещаю, что про тебя ни слова. Говорю, нет у меня сил, мне бы дойти до Гриба. А там и травить уже поздно будет…
– Магазинчик с шинком на соседней улице, – с трудом разжимая губы, как будто ей было очень трудно говорить, зашептала женщина. – Направо по улице пойдешь, и первый поворот направо. Лариска, продавщица. Леха к ней каждый вечер, как стемнеет, приходит за продуктами. Она ему вещмешок выносит.
– И тебе счастья, – улыбнулся хищным оскалом Михаил. – Только если наврала, не дожить тебе до него.
– А мне и так не дожить, – сникла женщина и, разрыдавшись, закрыла лицо платком.
Двое моряков в черных бушлатах, не прекращая, качали помпой воздух, который по шлангу поступал в шлем водолаза. Еще двое отматывали прочный линь для страховки, которым можно было вытащить своего товарища, случись с ним какая-то беда под водой.
– Эх, мальчишка-несмышленыш, – в который уже раз вздыхал капитан Мороз, стоя рядом с Каревым и хмуро поглядывая на Шелестова. – Как же так-то. Без спросу! И машину угробил…
– Ты, Иван Карпыч, не о машине думать должен, – оборвал капитана Карев, но, поймав неодобрительный взгляд Шелестова, смягчил интонации. – Вы лучше вспомните, подумайте еще раз, что говорил Филонов, куда он мог поехать, что за дела? Может, о подозрениях каких-то говорил?
– Я бы подумал, что он с девкой этой кататься поехал, потому и без спросу, – проворчал Мороз.
Шелестов смотрел на траекторию падения машины. Они вместе с экспертом прошли весь путь метр за метром, но ничего подозрительного не нашли, никаких признаков поломки машины в виде вытекшего масла, тормозной жидкости. Даже следы колес на обнажившемся из-под снега льду были реальными и характерными. Видимо, все же Филонов не удержал машину.
– Меня другое волнует, – вдруг заговорил Мороз, и все посмотрели на него. – Сдается мне, что Павел случайно попал в это дело. Меня ведь враг хотел убить, под меня готовили эту аварию. Я ведь хотел ехать, а сунулся, нет машины.
Шелестов увидел, как из полыньи показался круглый шлем водолаза. Моряки бросились к нему, помогая выбраться на твердое место. Затем стали отвинчивать переднее стекло шлема.
