Лето 1945 года. В Москве убит священник отец Илларион. Сыщики готовы списать преступление на цыган, но загадочная улика в руке жертвы заставляет их усомниться. Начинается расследование, которое откроет страшные тайны и приведет к неожиданной развязке. Детективный триллер о послевоенной Москве.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Самый страшный след»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Лето 1945 года. В Москве убит священник отец Илларион. Сыщики готовы списать преступление на цыган, но загадочная улика в руке жертвы заставляет их усомниться. Начинается расследование, которое откроет страшные тайны и приведет к неожиданной развязке. Детективный триллер о послевоенной Москве.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Лето 1945 года. В Москве убит священник отец Илларион. Сыщики готовы списать преступление на цыган, но загадочная улика в руке жертвы заставляет их усомниться. Начинается расследование, которое откроет страшные тайны и приведет к неожиданной развязке. Детективный триллер о послевоенной Москве.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Опираясь обеими руками на трость, Иван стал приглядываться к ближайшим кустам, ветки которых колыхались под слабым ветерком шагах в двадцати. Взгляд был долгим, пристальным, будто он точно знал, что в зарослях кто-то скрывается и следит за ним.
Старцев присел у холмика. Выбрав местечко на его плоской вершине, он положил сверток с продуктами и тщательно замаскировал его цветочными букетами.
Встав и отойдя на пару шагов, посмотрел на могилу со стороны.
— Прохожий не заметит, а кому нужно — сыщет, — удовлетворенно прошептал он и, хромая, направился к машине.
* * *Иван вернулся в управление ровно в двадцать часов сорок пять минут. Все подчиненные к этому моменту собрались в отделе и ожидали прибытия начальства.
Войдя в прокуренный кабинет, Старцев первым делом напился из чайника воды. Затем кинул на стол фуражку и плюхнулся на стул:
— Докладывайте по порядку. Молодежь, вы первые.
— У нас пусто, Иван Харитонович, — отозвался Ефим Баранец. — Напрасно проездили полдня.
— Давай по существу: кого видели, с кем говорили?
— Приехали в расположение табора. Он на месте, внешне никаких изменений: люди при делах, за исключением стариков и детей. Шандора в таборе не оказалось — ездил закупать продукты на мытищинский базар. Пока ожидали его возвращения, поболтали с цыганами. Ничего нового не услышали: священника из Челобитьева никто из табора не знал за исключением Якова Чернова.
— Ясно. Что Шандор? Вы его дождались?
— Да. Финского мундира он не нашел, об убийстве ничего сказать не может.
Вздохнув, Иван перевел взгляд на Бойко.
— Что у тебя, Олесь?
— Все сделал, как ты велел, Иван Харитоныч: зашел в отдел охраны, встретился с его начальником. Он быстро нашел двух человек. Я нарисовал планы помещений, где им предстоит завтра дежурить, поставил задачу. В общем, к семи утра они будут на месте.
— Толковые ребята?
Олесь пожал плечами:
— Вполне. Дело знают.
— Хорошо. Давайте дальше. Саша, ты супругу из клиники проводил?
— Да, все в порядке, — оживился Васильков. — Сидит дома. Наказал никому не открывать и к двери не подходить.
— Правильно. Я полагаю, завтра ей тоже не следует в одиночку топать до больницы. Мало ли… Поэтому давай поступим так: у меня рано утром имеется одно дельце в Челобитьеве, я в семь утра заеду за вами. Отвезем Валентину на работу и рванем по делам. Годится?
— Отлично.
— Значит, договорились. Ровно в семь жду у вашего подъезда. Так… Василий, остался ты. Докладывай.
— Приказ выполнен, — постучал тот указательным пальцем по стопке серых картонных папок. — Тут лежат голубчики. Все до единого.
— Смоленские?
— Исключительно. На момент оккупации все проживали в Смоленске и его пригороде.
— И сколько же их набралось?
— Прилично — около ста восьмидесяти.
