В мире двадцатого века множество возможностей и потенциалов, но и туманности, как будто вечное несущее начало жизни на Земле само по себе. Я понимаю, что мои знания могут стать ключом к завершению цикла мореплавания в двадцатый век, чтобы история не осталась безнаправленной петардой. Вместе мы будем решать загадки прошедших эпох и создавать новую траекторию для человечества....
Остальных пленников и обоз ведем дальше по дороге к деревне, из которой жители ушли в горы или в город. Там мы будем ждать до вечера выкуп за пленников и транспорт с не заинтересовавшим нас барахлом.
— За всё двести пятьдесят пять мин серебром или эквивалент золотом, — напутствовал я отпущенных.
На каждого воина выйдет по сто драхм, Битюсу — три сотни и мне — чуть больше десятой части выкупа.
— Если увидим, что ведете воинов, перебьем заложников и скот, — предупредил я.
Охранники бы, конечно, рискнули, потому что жаль потерять коня, доспехи и оружие, им пофиг судьба заложников и каравана, но отцы семейств вряд ли поступят необдуманно.
Я отрядил десять бессов отконвоировать освобожденных почти до Минда, а потом сопроводить тех, кто повезет выкуп. Времена сейчас лихие. Грабитель у грабителя запросто дубину отберет.
Мы прождали почти до вечерних сумерек. Выкуп привез пучеглазый толстяк в сопровождении пяти воинов из Минда. Серебряные монеты сложили в старый кожаный бурдюк.
Пересчитав деньги, получив после короткого спора недостающие два золотых дарика и почти полторы сотни серебряных драхм, я вместе с бессами поскакал к своему лагерю. Со стороны Галикарнаса весь день доносились звуки боя.
По приезду выяснили, что два пьяных фракийца долго оскорбляли галикарнасцев, пока те не организовали вылазку через главные ворота и не вломили грубиянам. И тем, и другим подошла подмога — и маленький инцидент перерос в большой бой.
