В темной комнате было чувство заброшенности и пропадения жизни. Панели потрескались, кровать застыла на месте, как будто сглаженная временем. Лишь зловещий свис у люстры напоминал о жизни, словно расколовшаяся ветка. Все вещи казались мертвыми и ненужными, создавая атмосферу затухания и отчаяния....
— Вестовой лорда Ханта, — вытянувшись, доложил тот.
— Докладывай, — коротко бросил он, стараясь унять волнение.
Рука потянулась к карману, где вышитая обережная лента лежала. Он ее из дома прихватил, не удержался, уж больно хотелось хоть что-то на память о жене взять.
— Меня послали узнать, все ли с вами в порядке и не нужна ли вашему сиятельству помощь, — парнишка слегка заикался от усердия.
— Подожди, — посмотрел на него Штефан. — Я же отправлял магический вестник, в котором подробно описал все, что происходит.
«Или, скорее, чего не происходит», — усмехнулся он про себя.
— В Белвиле его не получали.
— А как ты в Белвиле оказался?
Он прошел к письменному столу и выдвинул кресло. Сидеть не хотелось, но он себя заставил. Нельзя идти на поводу у собственного беспокойства, нельзя показывать эмоции.
— Так с хозяином своим, милорд. Лорд Хант вместе с остальными арнами сейчас в замке гостит. Вот письмо, там все написано, — парень достал из сумки запечатанный свиток и протянул ему.
Штефан сломал печать, развернул лист и вчитался в ровные, написанные рукой Ханта строчки.
— Что там, командир? — не выдержал Гойко.
— Пишет, что все, к кому я обращался за помощью, прибыли в Белвиль и готовы по первому зову выдвинуться в столицу к нам на помощь, — задумчиво произнес Штефан, прикидывая, как поступить. — Бежин! — позвал он.
— Милорд? — слуга бесшумно вошел в кабинет и уставился на него ничего не выражающим взглядом.
— Кто отправлял магический вестник?
— Лонко, милорд, — без запинки ответил дворецкий.
— Зови.
— Милорд?
— Зови его сюда, — повторил Штефан и кивнул вестовому на кресло, предлагая парнишке сесть. — Вы тоже садитесь, — посмотрел на друзей.
Давор прошел к дивану, а Гойко покачал головой и остался стоять, переминаясь с ноги на ногу и покусывая указательный палец, как делал всегда, когда нервничал.
В комнате дух густым стал, тяжелым. В воздухе ненастье повисло.
— Как обстановка в замке? — прервал тяжелое молчание Штефан.
— Благодарствуйте, милорд, — улыбнулся гонец. — Кормят-поят досыта, казармы просторные, места всем хватает, а что еще служивому человеку нужно?
— А графиня? С ней все в порядке?
— Леди Элиния? — в глазах паренька мелькнуло что-то, что Штефану совсем не понравилось. — Миледи заботится, чтобы мы ни в чем не испытывали нужды. Сама проверяет, что нам на обед дают, и разговаривает со всеми ласково.
От этих слов у него внутри засвербело все.
