Внутри главного входа кроется атмосфера элегантности и уюта, запахи свечей из пчелиного воска и лимонной мастики для полов заставляют дышать глубже. Здесь ветер несет с собой легкий парфюм матери и насыщенный одеколоном отца, брата и сестер.
Собака могла перебежать улицу до того как они здесь окажутся или после них, и сейчас они могли быть в другом месте… но, наверное, не там, куда они направлялись. Она хотела выехать на Торговую и думала, что после череды поворотов Торговая выведет ее к Северному шоссе, что она без проблем найдет дорогу. Но вместо этого они…
Выгнувшись на сидении, Эль посмотрела мимо Терри, которая все еще говорила, активно жестикулируя. Северное шоссе было в четырех кварталах, у границы реки Гудзон, и Эль представила, как едет по четырехполосной дороге из города в сторону дома.
На другой стороне… ничего особенно не было. Несколько темных зданий. Без наружного освещения. Заброшенные?
— …все расскажу папе. Как ты украла его ключ и привезла нас в центр…
Эль повернулась к пассажиру, высказывающему свое охренеть-какое-важное мнение.
— Я к твоей голове пистолет не приставляла. Ты сказала, что тебе скучно, поэтому поехала.
— Мне двенадцать, знаешь, я несовершеннолетняя и сейчас десять вечера, и, уйдя из дома, ты пренебрегла своими обязанностями няньки. Поэтому что мы имеем?
Она едва делала паузы между словами, что говорить о предложениях.
— Мы имеем аварию, — пробормотала Эль. — Не психуй.
— Кому будем звонить? — требовательно спросила сестра. — Мы не можем позвонить папе…
— Терри, заткнись. Я разберусь со всем.
— Не затыкай меня. Знаешь, все прямо как в тот раз…
Терри снова заистерила, и Эль не могла решить, почему именно хочет вернуться домой: потому что там безопасно, тогда как в этом районе Колдвелла совсем нет, или потому что не может находиться в тесном замкнутом пространстве с Болтушкой Терри. Хорошие новости? Сейчас, когда первый шок отступил, она осознала, что двигатель все еще работает, отопление тоже, и она не чувствовала запах дыма. И, хэй, «заброшенные» означает, что нет никого поблизости, кто мог бы вмешаться.
И под вмешательством она понимала звонок ее отцу. Или полицейским, которые свяжутся с ее отцом.
Нужно просто сдать назад. Отмотать все. И тогда она выберется отсюда и никогда больше не согласится нянчиться с сестрой.
— Какая же ты дура, — заявила Терри.
— Заткнись.
Включив заднюю передачу, Эль выжала газ. Машина дернулась, раздался «вррррррррр». Она добавила газу. После чего «вррррррррр» сзади стал еще громче.
Терри выгнула бровь.
