Я родилась с особой бременем — пороком сердца. Его хладнокровие и тщеславие подчас выдает мой внутренний мир, но у меня есть еще больше: я имею дар предвидения. В каждой главе истории моих дней я вижу будущее, а это придает мне силы смириться со своим несчастьем и раскрыть свои тайны перед судом....
— Я так сильно этого хочу, — шепчу я, стесняясь говорить вслух.
Лиам стонет от отчаяния в моем голосе и выпрыгивает из бассейна. Он садится на край, его член идеально подходит к моему рту. Наблюдает, как я облизываю его длину снизу вверх, а затем уделяю особое внимание кончику.
Нежно провожу языком по его головке, и он запрокидывает голову назад, стонет и хватается за бортик бассейна, будто изо всех сил пытается не трахнуть меня в рот.
Я глубоко втягиваю его в себя, втягивая щеки, и сильно сосу. Глажу языком нежную плоть под его членом и начинаю погружать его в себя все глубже и глубже, пока мои глаза не начинают слезиться.
— О, блять, Уинн. Это так чертовски хорошо. — Лиам слегка двигает бедрами и сжимает в кулаке мои волосы. — Тебе нравится сосать член, не так ли? Ты такая развратная девочка.
Его глубокий, хриплый голос и непристойные слова заставляют меня стонать с его членом во рту.
Он останавливает мою качающуюся голову и вытаскивает меня из бассейна.
В его глазах — чистая похоть. Он опускает взгляд на мою грудь и киску, с которой капает вода, затем снова смотрит мне в глаза.
— Как ты хочешь, Уинн?
Он надвигается на меня, а я отступаю назад, пока не оказываюсь прижатой к ледяным окнам.
Шиплю от прикосновения ледяного стекла к моей коже.
— Я хочу сзади.
Поворачиваюсь, подставляя ему свою задницу и прижимаю руки к стеклу. Не могу смотреть на него, пока он меня трахает, это слишком интимно. Окно не зашторенное. На улице совсем темно, ничего, кроме пустого поля, но любой мог бы наблюдать, если бы случайно оказался там.
И мне плевать.
— Это развратно. Тебе нравится, когда в тебя врезаются сзади и трахают, пока ты не можешь стоять, не так ли?
Его слова словно прекрасный яд, капающий с его мягких губ.
— Да, — стону я, когда его кончик обводит мой набухший клитор.
Он несколько раз дразнит мой вход, прежде чем проталкивается внутрь.
Входит до конца, пока его бедра не упираются в мою задницу, и я не кричу. Я так переполнена, и мне так чертовски хорошо. Он начинает медленно входить и выходить.
— О, Боже, Лиам, трахай меня сильнее, — стону я, еле держась на ногах, когда он входит в меня снова и снова.
— Я хочу, чтобы ты кончила и упала на колени, когда я закончу трахать тебя, — ворчит он и трахает меня сильнее, как я и просила."
"Я снова кричу, мой рот инстинктивно открывается, глаза закатываются, когда он подводит меня все ближе и ближе к краю.
