Я родилась с особой бременем — пороком сердца. Его хладнокровие и тщеславие подчас выдает мой внутренний мир, но у меня есть еще больше: я имею дар предвидения. В каждой главе истории моих дней я вижу будущее, а это придает мне силы смириться со своим несчастьем и раскрыть свои тайны перед судом....
Лэнстон перебирает кучу бумаг и начинает читать статью под названием «Шестеро пропавших из местной психиатрической больницы».
Я спрашивала себя, почему и как мы втроем стали какой-то сборной солянкой, психически больной троицей детективов, но знаете что? А что нам, блять, еще делать в «Святилище», где есть неразгаданная тайна? Бросать таблетки друг другу в рот?
Да. Точно.
— Это они. Их имена внизу страницы, — бормочет Лиам.
В столовой шумно, так что мы не волнуемся, что кто-то может подслушать нас за нашим уединенным столиком.
— И тебе никогда не приходило в голову самому поискать?
Я вздыхаю, хватая вишню с тарелки.
Лиам тоже кладет одну в рот и бормочет между укусами:
— Нет, конечно, нет. Это было десять лет назад, Уинн. Я не детектив, расследующий старые дела, но я думаю, что это мило, что ты притворяешься им.
Он улыбается мне. Мои щеки краснеют, но мне удается сохранить невозмутимое выражение лица. Лэнстон смеется и кивает в знак согласия.
Ладно, похоже, я была единственной, кто думал, что мы втроем имели единое мнение об этой детективной истории.
— Я ни на что не претендую.
Я смотрю на них обоих, прежде чем нажимаю кнопку на планшете, и экран выключается.
Лиам поднимает бровь, но быстро разглаживает черты лица и кладет руку мне на бедро.
— Вы уже изучили нас, мисс детектив?
Его темные и серьезные глаза изучают мои, пытаясь понять, совру ли я.
— Конечно, нет. А я должна?
Я снова включаю планшет и запускаю поисковую систему. Он наклоняется ближе, его грудь касается моего плеча, а теплые губы касаются моей шеи.
Мороз пробегает по моим венам, когда он пропускает мои волосы сквозь пальцы и шепчет:
— Тебе не понравится то, что ты найдешь.
Я замираю, инстинктивно склоняя голову набок, когда он целует меня в шею.
— Почему? — бормочу я, наполовину отчаянно желая знать, а наполовину не решаясь представить его прошлое.
Мое прошлое — это не то, во что я хочу, чтобы он заглянул. Он найдет там лишь разбитую семью и исхудавшую женщину, прошедшую через мясорубку.
Я сломана. Как и он.
Он нажимает на строку поиска и вводит свое имя.
ЛИАМ УОТЕРС
Лэнстон неловко поправляет кепку и переводит взгляд с меня на Лиама.
— Не думаю, что это хорошая идея, Лиам.
Лиам игнорирует Лэнстона и нажимает «Поиск».
— Потому что моя история печальна.
Поиск выдает много статей с фотографией Лиама. Он молод, возможно, ему тогда было лет семнадцать или меньше. На фотографиях его глаза пустые. Отстраненные и опустошенные.
