Автор
В весеннем Лондоне 1821 года, где холодный ветер с моря встречается со струями теплой городской ночи, Пикет требует не просто хорошей памяти — он нуждается в невиданной элегии. Здесь, на закате света, любовь и розыгрыши тонут в ароматах цветущих садов и запахах старого города....
Таким абсолютно хладнокровным (или, напротив, готовым в любую секунду потерять самообладание) она его еще не видела и поэтому завороженно наблюдала, как вздымается его грудь с каждым вдохом. В этот момент Хью Прентис был не просто мужчина, а само олицетворение сил природы.
– Отпусти его, – устало бросил Дэниел, поднимаясь. – Не стоит из-за него обрекать себя на эшафот.
Сара смотрела на кончик трости, все еще прижатой к горлу лорда Рамсгейта: похоже, Хью надавил чуть сильнее, и тут трость вдруг взлетела. Хью на мгновение отпустил ее, прежде чем снова поймать и отступить.
Все-таки он прекрасен в движении – достаточно хотя бы раз это увидеть.
Сара наконец выдохнула, хотя и не была уверена, что вообще дышала последние несколько минут.
Она молча проводила взглядом лорда Рамсгейта, сумевшего кое-как подняться и покинуть комнату, и потом долго смотрела в дверной проем, почти ожидая его возвращения.
– Сара! – словно сквозь туман донесся до нее голос Хью, а она все никак не могла оторвать взгляда от дверного проема и тряслась как в лихорадке. – Сара, что с тобой? Позволь тебе помочь.
Она ощутила на плече руку Хью, и неожиданно дрожь усилилась, а ноги… Что творится с ногами?
Откуда-то донесся жуткий нечеловеческий вой, и когда она перевела дыхание, то вдруг поняла, что этот звук вырвался из ее горла. В тот же миг Сара оказалась в его объятиях, и он понес ее к кровати, лихорадочно повторяя:
– Все хорошо, теперь все будет хорошо.
Но Сара не была дурой и чувствовала, что ничего хорошего уже не будет.
Глава 21
Вечером того же дня
Уиппл-Хилл
Подняв руку, Хью замер в нерешительности, прежде чем постучать в дверь, поскольку не знал, какую перетасовку произвели среди гостей. Сару по возвращении немедленно переселили в отдельную комнату, потому что Хонория, вместе с Маркусом прибыв в «Уайт харт» вскоре после отъезда лорда Рамсгейта, объявила, что кузина снова повредила щиколотку и вынуждена лежать.
Хью также понятия не имел, каким образом Дэниел объяснил происхождение синяка под глазом.
– Войдите. – Конечно же, Хонория, что неудивительно: после возвращения в Уиппл-Хилл кузина не отходила от Сары.
– Я не помешал? – спросил Хью, переступив порог.
