Жаркое июля дыханье чувствовалось даже в самом сердце Пури. На улицах города жара превращала камни и деревянные конструкции в кипяток, а плющ на домах напротив создавал тень, за которой скрывались частично исчезшие фасады зданий. Виноградные лозы растиражировали свой узелчатый мазохизм по каменному каркасу здания, словно желая оставить последнее следа на этом месте, где уже давно не было ни души....
"
"– Роду нашему конец придет, и тебе, и твоим сестрам, и прочим, если Абели не найдет кое-кого, – заявила прабабка и добавила ехидно: – Как целоваться лез, не думал, что она – ребенок, да, Тити?
Огюстен залился краской, и я, наверное, тоже.
– Это другое, – буркнул Этьен. – При чем тут род? Может, достаточно избавиться от одной поганой овцы, которая все стадо портит? Так я этим займусь. – Этьен сжал кулаки с такой силой, что проступили крупные синеватые жилы на руках.
– Ты об отце? – догадалась старуха. – Да не в том дело.
– Рубин? – переспросил Этьен и тут же поморщился: – Тот черный камень? Разве рубины бывают такими?
– Его очистить надо. Это ключ ко всем нам, к потомкам мадам, – встряла я. – Но, пожалуй, я тебе его больше не стану показывать, слишком плохо это кончилось в тот раз.
Этьен передернул плечами. Ему тоже об этом вспоминать не хотелось, однако он продолжил:
– Найти кого нужно я и сам смогу, а Абели надо оставить с моей матерью и сестрами.
– В Тоннэре? – догадалась я.
Бросив недоверчивый взгляд на Огюстена, Этьен помолчал, но затем все же кивнул:
– Я один раз все пути заговорил, и второй заговорю. Уроки ваши, мадам, не пропали даром. Но Абели рисковать не позволю. Не девичье это дело. Пусть лучше вышиванием занимается. Довольно с нее приключений.
Мадам Тэйра вздохнула:
– Похвально, Тити, что тебя чужая судьба заботит, но есть два «но».
Младший Годфруа фыркнул:
– Уж не по цвету ли?
Старуха не успела ответить, как он ткнул в меня пальцем:
– Верно, по цвету – по тому, что людей определяет, кто каков. Но это я и сам скажу. Абели – белая и блестит, как снег на солнце. Марешаль – зеленый, потому и говорю при нем, не таясь. Вы, мадам, песочного цвета, размытая, как облако, – Этьен вытянул голову к окну и затараторил: – Вон торговка желто-коричневая с красными всполохами – злится на кого-то, а мальчишка мимо побежал солнечный, зеленый.
– Хе-хе, Тити, – поразилась старушка.
«Надо же! – подумала я. – Зрение вернулось к нему полностью, от демона защита стоит, а способность осталась, как в горах…»
– Отхватил-таки дара от девочки, герой, – ухмыльнулась мадам Тэйра и шутливо погрозила пальцем. – Неплохо, Тити. Да только есть еще кое-что.
